- С-спасибо, - я почувствовала, как щеки залил яркий румянец, отвернулась и все же вложила свою руку в ладонь мужчины. Несколько мгновений спустя его пальцы сжали мое запястье, я повернулась, чтобы попросить быть осторожнее, но передумала, поняв в чем дело. Джеймс не отрывал пристального взгляда от синяков, оставленных на моей руке грубыми лапами охраны.
- Кто это сделал?
Я невольно вздрогнула. Его с виду спокойный голос, готовый вот-вот взорваться яростным криком, вселял в душу привычный леденящий страх. Но было еще что-то, пока непонятное мне.
- Все в порядке, всего лишь... - начала я. Джеймс опустил голову и сцепил зубы.
- Это был я? - перебил он.
- Нет, - поспешно и немного удивленно отозвалась я и вдруг поняла, почему он устроил этот допрос. Он решил, что схватил меня за руку слишком сильно в порыве ярости, и теперь сам ужаснулся этому? Нет, не могу в это поверить...
- Значит, моя охрана, не так ли?
Я не смогла ничего сказать под его тяжелым взглядом, который словно обязывал отвечать правдиво, и просто кивнула, опустив голову. Если из-за этого пострадают люди, я себе не прощу. Они ведь просто выполняли свою работу, пусть и слишком усердно! К тому же, он сам отдал приказ.
- Джеймс, - тихо позвала я, видя, что мужчина еле сдерживает нарастающую внутри ярость. Его глаза вновь потемнели, брови сошлись на переносице, а лоб пересекли мелкие морщинки. - Нам пора ехать.
- Это не значит, что я так просто оставлю это дело, - он опять впился в меня грозным взглядом, а потом, как бы увидев в моем молчании сигнал к действию, продолжал: - Я уволю обоих, что бы ты ни говорила.
- Они просто выполняли свою работу! - запротестовала я. С одной стороны я должна быть рада, что они получат свое, а с другой никогда не будет лишним проявить человечность. - Ты сам отдал распоряжение не пускать меня в дом. Мисс Бром, видимо, поняла его буквально, - тихо добавила я. Не знаю, зачем защищаю и ее: наверное, просто не хочу никому создавать проблемы.
- Они причинили тебе боль, - тяжело дыша, произнес Андерсон и поднял вверх указательный палец, словно призывая меня к молчанию. - Это недопусти...
- Ты причинил мне гораздо больше боли, - тихо прошептала я.
Джеймс осекся на полуслове, и вся его ярость вдруг мигом испарилась. Я тысячу раз пожалела, что произнесла эти слова и отвела глаза, боясь его взгляда.
- Что? - мужчина, казалось, даже на секунду растерялся, и это почему-то придало мне сил. Ни за что не поверю в то, что он чувствует угрызения совести!
- Ты причинил мне гораздо больше боли, Джеймс, - уже громче повторила я и прикрыла глаза. - Эти синяки - пустяк по сравнению с тем, что мне пришлось пережить в этом доме.
Воцарилось гробовое молчание. Когда я наконец решилась поднять глаза на Андерсона, он с отсутствующим видом изучал стену за моей спиной, и только плотно сжатые губы и пустота в глазах выдавали внутреннее состояние.
- Мы опоздаем, - наконец произнес он и, не отпуская моей руки, поспешил вниз по ступенькам. Ожидала ли я извинений? Нет. Может быть, где-то в глубине моей души еще жила надежда на то, что Андерсон способен на раскаяние, но разум отказывался верить в чудеса.
...
Ресторан, в который меня привез Джеймс, находился на крыше одной из многочисленных высоток Манхэттена. Как только мы вошли в здание, и моему взгляду открылась кабина лифта, я почувствовала, что в сознание пробирается знакомая паника.
- Джеймс... - пробормотала я пересохшими губами и крепче вцепилась в руку мужчины. Он недоуменно вскинул брови, а потом, проследив за моим взглядом, нахмурился.
Как я ни уговаривала себя сделать хоть шаг вперед, ноги не слушались. Я словно впала в оцепенение: не могла ни говорить, ни шевелиться.
- Мы можем найти другое место, - предложил Андерсон после того, как отвел меня в сторону.
- Нет, - ответила я и наконец восстановила дыхание. - Я же буду не одна... Мне просто надо успокоиться...
Я прикрыла глаза, чтобы собраться с мыслями. Со мной будет Джеймс, а, значит, опасности нет. Моя болезнь дает о себе знать, в основном когда я остаюсь одна в очень маленьком пространстве, однако лифт - это совсем другое дело. Именно там случился мой первый приступ, который чуть было не стоил мне жизни...
Вдруг я почувствовала, как теряю опору, и уже собиралась вскрикнуть, но, открыв глаза, поняла, что Андерсон взял меня на руки.
- Джеймс... что ты делаешь... - пробормотала я и смущенно огляделась по сторонам. Недоуменные взгляды людей заставили меня густо покраснеть и потупить взгляд. Мужчина тем временем спокойно вошел в лифт, где, кроме нас, к счастью, никого не оказалось, и нажал кнопку нужного этажа.