«Что же это с ней такое? История выглядит вроде бы вполне правдоподобно. И вроде бы она поверила… Но почему это она вдруг сорвалась и уехала? И была так холодна?.. Что с ней случилось?..»
Вскочил, подошел к зеркалу и… застыл. На него глядело осунувшееся, белое, блестящее от пота лицо с провалившимися глазами, тонкими сжатыми губами и кожей, так туго обтягивающей каждую косточку, что он не поверил, что это могло быть его лицом. Это было лицо насмерть перепуганного человека, да и к тому же еще с нечистой совестью.
Гарри шепотом выругался. «Не удивительно, что она испугалась. Надо немедленно взять себя в руки. Что за вид? – Он нервно облизнул губы. – А вдруг она больше никогда не появится?»
Он взял платок и вытер лицо. Внезапно осознав, что весь покрыт холодным липким потом, пошел в ванную, сорвал с себя одежду и встал под душ. Холодные струи воды низвергались на него, а он стоял и стоял в ванной, пока не начал задыхаться. Затем яростно растерся жестким полотенцем и снова подошел к зеркалу. Теперь вид стал получше. Но лицо с ввалившимися как у скелета глазницами по-прежнему сохраняло загнанное выражение.
«Ну чего ты трусишь, идиот? – пробормотал, глядя в зеркало. – Ведь ее никогда не найдут. А раз не найдут, поскольку найти ее невозможно, что они тебе сделают? Да на этот пляж месяцами никто не заходит. Если б кто заходил, там бы остались следы. Никто туда не ходит!»
Внезапно ноги у него подкосились и он присел на край ванной. «Ведь там был кто-то… Тот, кто видел нашу ссору с Глорией. Кто выскользнул из леса и убил ее, а потом скрылся в лесу снова, заметая за собой следы. Тот, кто сидел там, в лесу, и видел, как я хоронил Глорию. Убийца знает, где сейчас Глория. Где гарантия, что ему не придет в голову позвонить из автомата в полицию и рассказать о том, что видел?»
Довольно долго Гарри пребывал в полном оцепенении. Слушая звон капель из крана и биение своего сердца, сидел на краю ванны, судорожно пытаясь придумать какой-то выход. Затем понял – выход только один. Надо ехать туда, выкопать тело и перезахоронить его где-нибудь в другом месте. Тогда, даже если убийца позвонит в полицию и они поедут туда проверять и не найдут ее, подумают, что это чья-то глупая шутка.
При мысли о возвращении на этот страшный пляж, о мертвой Глории его пробрал озноб. Но он понимал, что должен это сделать.
Другого выхода нет. Все его будущее зависит от одного – найдет полиция тело или нет.
Руки так сильно дрожали, что ему с трудом удалось застегнуть пуговицы на рубашке. «Надо ехать, когда стемнеет. Примерно через час. Пока доберусь до места, будет совсем темно. Погружу тело в машину и поеду по шоссе вдоль берега, пока отыщу укромное и безопасное место, где можно будет закопать ее».
Он открыл дверь и вышел из ванной. Сделал шаг и застыл, как вкопанный. Вся кровь, казалось, застыла в жилах. Сердце остановилось, потом застучало, как бешеное.
В кресле лицом к нему, сложив толстые грязные руки на огромном животе, в черной пропыленной шляпе, сдвинутой на затылок, и с сигарой, зажатой в жирных губах, сидел Борг.
За весь этот день Гарри ни разу не вспомнил о существовании Борга. И вид его, спокойно сидящего в кресле, произвел на Гарри действие, подобное сокрушительному удару в солнечное сплетение. Он стоял окаменевший, слегка приоткрыв рот, с бешено бьющимся сердцем, не в силах отвести от Борга глаз.
Борг тоже смотрел на него. Ему явно доставляло удовольствие видеть на лице Гарри непритворный страх.
В течение нескольких секунд они не сводили друг с друга глаз, затем Гарри постепенно начал приходить в себя. Он не питал никаких иллюзий относительно Борга. Эта огромная жирная тварь опасна, как гремучая змея, и куда более безжалостна. Он понимал, что своим страхом – реакцией на появление Борга – полностью выдал себя. Теперь бесполезно лгать и выкручиваться, притворяться, что он не Гарри Грин. Борг знает все, иначе бы он здесь не появился.
Гарри подумал о пистолете, что лежал в бардачке в автомобиле, и выругал себя за легкомыслие. Впрочем, и пистолет вряд ли помог ему сейчас. Борг, наверняка, куда лучше управляется с оружием.
– Привет, Грин, – сипло произнес Борг. – Готов побиться об заклад, ты не чаял увидеть меня снова, а? Сядь вон туда, на постель, надо кое о чем потолковать.
Как во сне, Гарри направился к постели, сел, сложил руки на коленях и снова уставился на Борга.
– Ты чего, всерьез думал, что я от тебя отстану? – спросил Борг, щуря глаза от сигаретного дыма, что плыл вокруг его жирных дряблых щек.
Гарри не ответил. Он не мог заговорить, даже если б захотел – во рту пересохло и губы его не слушались.