-- У меня командировка. В главный офис на неделю отправили. А ты?.. Неужели Золотарев протащил тебя сюда? -- кивком указывает на здание.
При упоминании Артура в сердце больно закололо.
-- Нет, просто мимо проходила и остановилась. Можно сказать, поддалась ностальгие, - натянуто улыбаюсь, пытаясь скрыть свои чувства.
- Очень жаль. А мог бы перед отъездом из страны сделать хорошее дело и написать тебе рекомендации. Все же он остался доволен твоей работой на заводе.
- Перед отъездом? - спрашиваю потрясенно. Артур уехал? Куда? Когда? Как же так?
- Да, -- деловито кивает Инна. - У меня подруга в бухгалтерии здесь работает. Говорит, что кресло генерального прошло мимо него, его отец был очень зол, поэтому Артур вызвался курировать заграничный проект.
- И насколько он улетел?
Глаза Инны сужаются, взгляд становится подозрительным. Мое любопытство и реакция на новость выдают меня. Но она ничего не спрашивает у меня.
- Та кто его знает. Может на полгода, а может на несколько лет.
- Ясно...
Мы еще несколько минут разговариваем, а потом прощаемся и расходимся.
Я поняла, что не нужна ему. Ни я, ни наш ребенок.
Старалась держаться молодцом, но один раз все же сорвалась и пыталась отправить ему сообщение в соц сети. Оказалось, что он отправил меня в черный список.
Это стало последней каплей.
И я собралась и уехала домой.
Первые несколько дней мы ревели вместе с мамой, которой я все рассказала.
Но потом пришлось взят себя в руки. Ради малыша.
Мама сказала, что если вырастили меня, то справимся и с этим малышом. Я немного воспаряла духом, насколько это возможно. Честно говоря, боялась осуждения со стороны родителей, но этого не произошло.
Сижу в коридоре, ожидая своей очереди, и мне кажется, что даже стены жалеют меня. Когда называют мою фамилию, встаю и медленно иду к кабинету врача. Мои ноги дрожат не от страха перед процедурой, а от осознания своего положения.
— Добрый день, Мария. Проходите, устраивайтесь, — врач улыбается, указывая на кушетку.
Я аккуратно ложусь, поднимаю вверх кофточку.
— Волнуетесь? — врач замечает моё состояние, настраивая аппарат.
— Немного, — признаюсь я, пытаясь улыбнуться. — Это моё первое УЗИ.
— Всё будет хорошо, — врач уверенно улыбается, нанося холодный гель на мой живот. — Сейчас мы всё посмотрим.
Экран оживает, и на нём начинают проявляться контуры. Моё сердце замирает в ожидании.
— О, посмотрите сюда, — врач указывает на экран. — Видите эти две маленькие булочки? Это ваши малыши.
Моё дыхание застывает, глаза расширяются от неожиданности.
— Малыши? — мой голос дрожит.
— Да, у вас двойня. Поздравляю! — врач смотрит на меня с улыбкой. — Как вы себя чувствуете?
Я молча смотрю на экран, где два маленьких сердца бьются в унисон. Эмоции накатывают волнами — радость, страх, ошеломление.
— Я... Я не знаю, я в шоке, — признаюсь, пытаясь уловить каждое движение на экране.
Двойня! С ума сойти! Как я с этим справлюсь?
— Это большой сюрприз, конечно, — врач продолжает, поддерживая спокойный тон. — Но вы здоровая молодая женщина, так что не о чем волноваться.
— Спасибо, — говорю я, наконец находя в себе силы улыбнуться. — Это... это действительно неожиданно.
— Теперь важно следить за здоровьем, — врач завершает осмотр, вытирая гель с моего живота. — Вы уже стоите у нас на учете, так что мы будем следить за вашим состоянием и помогать на каждом этапе.
Выходя из клиники, я держу в руках снимок УЗИ — два маленьких чуда, запечатленные на бумаге. Солнце уже начинает склоняться к закату, и его последние лучи тепло обнимают меня, как будто пытаются утешить и вдохнуть в меня силы. Я прячу снимок в папку и прижимаю ее к себе, как будто это самое ценное, что есть в моей жизни.
В голове мелькают мысли о будущем, о том, как я буду воспитывать детей одна. Мысль о том, что они никогда не узнают своего отца, угнетает, но в то же время придает мне решимости. "Я справлюсь", — убеждаю себя. "Я должна быть сильной ради них."