Он открыл ноутбук, примостил его к лобовому окну на бардачок, воткнул в разъем картридер и, следя за дорогой, прошелся глазами по монитору наискось. Пока есть время, нужно подготовиться к сегодняшнему брифингу. Дедлайн 10.00. Не глядя в текст, он воспроизвел в уме общий смысл уже другими словами, блестяще выполнил рерайт написанного, осуществил своего рода мозговой тренинг. Благодаря контактам с Дриадой его мыслительные способности многократно увеличились. Теперь он легко запоминал фамилии, должности, даты, номера телефонов и прочее.
Преодолев ж/д. полотно, рассохшиеся грунтовые дороги, степную пустошь, полную полеглого сухостоя, лесополосы по-летнему зеленых акаций с черными сувоями вороньих гнезд, он, тот, кого неприятности обходили стороной, неторопясь приближался к цели. Кое-где встречались вылизанные до блеска дворики с нарядными низкорослыми мазанками, с разной домашней пернатой живностью, с деревцами любовно, как на выставку, подбеленными и подстриженными.
По уже проторенной дорожке он легко взмыл на вершину холма и… чуть не скатился вниз, от потрясения забыв затормозить. Увиденное ударило под дых, сердце на миг остановилось. Озеро, не замутненное ни единой тенью, блистало, как стальной щит. Берег был, будто выбрит под ноль. Ни деревьев, ни травяной гущи, ни сходней.
Не чуя ног, как парализованный он спустился к берегу. Чужими руками, точно родную могилку ощупал место, где жила торжественной и щедрой жизнью его ивушка плакучая. Она была здесь, когда еще не было ни его самого, ни его родителей, ни железобетонных небоскребов, ни Советского союза, ни космических станций, ни «нефтяной иглы». Много чего не было, когда она была.
Там, где скрывался корень, уходящий в запечатанные пласты почв и вод, земля чернела, как запекшаяся кровью рваная рана. Он пытался уловить хоть какие-то вибрации, слабое дыхание, энергетические ниточки, которые ранее соединяли провода корней с магнитным сердечником планеты. Он шарил по влажной почве, надеясь отыскать хотя бы признак существования красивого мощного дерева – обломок коры, щепку, ивовый прутик.
Из-за холма, негромко бормоча, показался проворный грузовичок, полный песка. Скатившись почти к самой воде, он распахнул дверцы кабины, откуда выпрыгнули двое веселых парней. Один из них, поправив бейсболку, подошел к нему, тому, кто еще минуту назад, стоя на коленях, гладил сырую землю.
– Здравствуйте! Это Ваш хэтчбек стоит на пригорке?
– Мой…
– А мы уж думали, хозяин приехал.
– Какой хозяин?
– Ну-у, тот, который арендовал это озеро.
– Как это – арендовал?.. Почему?..
– По закону. А Вы кто?
– Ответственный директор Общества защиты природы.
– А-а-а… Да Вы не беспокойтесь. Бумаги в полном порядке. Сейчас приедет хозяин и…
…Хэтчбек плелся понуро, как побитая собака. Подкатив к трассе, он остановился. Ноутбук свалился под ноги. На сидении лежал ивовый прутик и айфон, тарахтевший, как заводной. Тот, кто назвал себя защитником природы, ничего не слышал и ничего не видел – слезы стояли в его глазах. Он и не догадывался, что умеет плакать. Он понял, что после сегодняшнего потрясения жизнь для него уже не может оставаться прежней. Вся, так называемая, блестящая карьера представилась ему омерзительным тараканьим копошением в куче нечистот.
Айфон замолчал. Ярило вознесся уже довольно высоко и, наклонив золотую ендову, щедро лил на землю свет и тепло. Когда машина снова заработала, навигатор отчитался: «Поворот направо. До Симферополя десять километров». Он нащупал в потайном кармане жакета оба паспорта – российский и украинский. Потом вырулил влево, хорошо вписавшись в автодорожное направление, противоположное симферопольскому. Набрав номер, он, тот, кто умеет плакать, напряженно вслушался в гудки, потом улыбнулся и сказал:
– Здравствуй, деда! У вас все нормально? Я еду к вам.
22.09.2016
Все совпадения – случайность.
Конец