– Больно!
Кто-то укусил меня за хвост. Крюкохвост и космеи исчезли. Я была в полутемной кладовой.
За хвост меня укусил Малыш.
– Откуда ты здесь?
Я разозлилась, потому что он пришел на мою территорию без спроса.
– Я позову хозяйку, – спокойно сказал Малыш.
– Кто тебя просит? – Я разозлилась так, что вся шерсть встала дыбом.
– Оставлять тебя здесь опасно.
Он не обратил внимания на мои крики и выпрыгнул в снег.
Я не смогла быть сильной до конца.
Я не знала, это боль от схваток или сердечная боль, но больно было ужасно.
Рэйна ни за что не будет меня, такую, спасать.
Что-то я в последнее время не вижу Мими. Может быть, и она меня бросила?
А ведь я приготовила ей кошачьи консервы, я ее жду.
За окном промелькнуло что-то белое.
Мими?
Я открыла дверь – там был белый кот с ошейником. Я его знаю. Когда-то его приводила с собой Мими.
Кот бросился бежать, будто звал меня за собой.
У меня зашумело в груди, и я побежала за ним.
Мы прибежали в общую кладовую дома. Там я нашла тоненько пищавшего новорожденного котенка и Мими, всю в крови.
– Что… Что делать?!
Я перепугалась и стала звонить всем подряд, чтобы хоть что-нибудь сделать.
Первым ответил Масато:
– Сейчас приеду.
Я несла что-то бессвязное, а Масато мчался ко мне на такси.
6
Наконец пришла следующая весна.
Студию Рэйны заполонили мои котята.
Человек по имени Масато отвез нас с Рэйной в клинику, и остальные котята родились там. На моем животе остался с того времени большой шрам. Он некрасивый, но зато такой же, как у Крюкохвоста, решила я.
Рэйна пристально смотрела на моих котят.
Выбрасывать нельзя! Не позволю их выбросить.
– Мими, не смотри на меня с таким жутким видом. Я найду всем твоим малышам хороших хозяев.
Рэйна обзванивала всех подряд, и, как она и сказала, моих детей разобрали хорошие люди. Я проверила каждого. Когда приходил тот, кто мне не нравился, я прятала котят.
Вот картина, которую нарисовала Рэйна: я и пятеро моих малышей.
Я смотрю на нее и представляю, как они там.
И еще одна странная вещь. Когда роды и кормление закончились, я насовсем перебралась к Рэйне.
Я стала кошкой Рэйны.
Теперь я – Ее кошка.
История третья. Дрема и небо
1
Я поссорилась с лучшей подругой.
Моя дорогая Мари. Мы с ней вместе с начальной школы.
Мы познакомились в четвертом классе. Из-за серьезной болезни Мари пропустила год, поэтому была на год старше, но нам это ничуть не мешало.
– Когда я с тобой познакомилась, Аои, я подумала, что ты – совсем как я, – сказала мне потом Мари.
Я обрадовалась, потому что думала так же.
Мы с Мари были вместе и в школе, и дома, и скоро стали общаться семьями. Я была в семье единственным ребенком, но считала Мари своей настоящей сестрой. Нет, даже если бы у меня были другие сестры, я, наверное, не смогла бы с ними так дружить.
Из-за того, что мы всегда были вместе, наш внешний вид и характеры стали настолько похожи, что и учителя, и родители говорили нам, что не могут нас различить. Мы были духовными близнецами.
И любимый предмет (рисование), и любимая еда у нас были одинаковыми. Все было одинаковым. Любимые телепередачи, любимые певцы. Иногда даже случались удивительные вещи: мелодия, которую напевала Мари, перед этим звучала в моей голове. Мы тогда громко хохотали: и почему привязалась такая дурацкая мелодия?
Даже мальчик нам понравился один и тот же.
Нам тогда удалось не поссориться, потому что мальчик, в которого мы влюбились, был персонажем манги.
Забыв обо всем, мы обсуждали, что нам в этом мальчике нравилось. Когда я говорила, что хотела бы с ним сходить туда-то или туда-то и провести время так-то и так-то, Мари придумывала, что бы он мне сказал.
Это было весело, и мы с Мари провели юность в созданном нами мире.
И я, и Мари любили рисовать, поэтому мы вместе рисовали картинки к этой манге и писали письма автору. Когда нам пришли от него новогодние открытки (да еще и две штуки, для каждой!), мы прыгали до потолка от радости.
Сначала мы рисовали мангу, чтобы показать ее художнику-мангаке и родителям, но постепенно нам захотелось нарисовать что-то настоящее. Мы стали рисовать не героев, придуманных другими, а своих персонажей.
В какой-то момент Мари стала придумывать реплики, а я – рисовать.
Мари лучше меня знала, что я хочу изобразить.
Как-то раз мы даже размножили свою мангу на копировальном аппарате для общего пользования в магазине, скрепили степлером и продавали на фестивале. Бывают мероприятия, где можно продавать такие книги.