Сегодня у меня тренировка на всë тело, включая боксирование. Придя в зал, я сразу отправилась делать упражнения. Спустя час я закончила с силовой тренировкой, дальше меня ждала растяжка и бокс.
Спустя ещё пару часов:
Моя тренировка закончилась. Фух, устала немного. Сейчас ещё до дома пробегусь и на сегодня всë, сейчас уже десять вечера.
Зайдя в квартиру, я окликнула Кая, он не отзывался... Я прошлась по всем комнатам, но нигде его не нашла, только на кухне лежала записка. В ней было:
«Твоя псина у нас. Не надо было его отбирать у того мужчины... Ждëм тебя одну в полночь на кладбище.»
Прочитав всë, я ужаснулась, только успев привыкнуть к Каю, я рискую его потерять. Если я потеряю его сейчас, то точно не смогу жить дальше. Меня накрыла паника, я поняла, что одна не справлюсь, и написала Киру, чтобы он приехал. Он среагировал мгновенно.
Через 10 минут:
От лица Кирилла:
Я зашëл в квартиру к Кайсе, она была открыта. Пройдя внутрь, я увидел Кайсу, сидящую на полу, по её щекам текли длинные солëные дорожки, руки тряслись и сминали какую-то бумажку. Я подошёл к ней, она протянула ту скомканную записку мне. Прочитав еë, я ужаснулся, понял, что у Кайсы сейчас паническая атака вместе с истерикой, и попробовал ей помочь.
Я притянул еë к себе, взял на руки, и мы сели на диван. Я укрывал Кайсу в своих объятиях, а она прижималась ко мне и не могла перестать плакать. Еë тело всë тряслось от переполняющих еë эмоций.
Так прошло около двадцати минут. Кайса всë также сидела у меня в объятиях, но уже были слышны только еë всхлипы. Когда она немного успокоилась, я произнёс:
– Всë будет хорошо, я поеду с тобой...
Глава 21
У нее была истерика. Это хорошо, что так. Хуже было бы, если бы эмоции ушли внутрь. Из этого состояния гораздо труднее выйти.
Кирилл о Кайсе
От лица Кайсы:
Не знаю, что со мной было, но эти чувства не описать словами. Мне одновременно расхотелось жить и захотелось убить всех людей, наступало опустошение, паника, грусть и животный страх. Я будто умерла. Моë сердце пронзали тысячи ножей, оно болело и кровоточило, мозг отказывался работать. У меня снесло все чувства и рамки, если бы Кир пришёл позже, я бы точно разбила что-нибудь и порезалась.
«Слёзы опять бегут по щекам, сколько же можно плакать? Какая-то часть меня осознаёт, что это было чересчур сумасшедше, чересчур эмоционально, чересчур во всех смыслах...»
Сидя в крепких объятиях, я почувствовала себя ребёнком, когда мои родители ещё были в живых, они делали также: всегда брали меня и крепко обнимали, пока я не успокаивалась. Эти объятия окунули меня в детство, придав спокойствие и умиротворение. От этого тяжёлого состояния остались только всхлипы и небольшая дрожь в теле, я успокаивалась...
Кирилл, понимая, что мне становится лучше, попытался заговорить:
– Всë будет хорошо, я поеду с тобой, с ним ничего не случится.
Я промычала ему в ответ что-то неразборчивое, соглашаясь со всем, но сейчас надо было разобраться в другом.
Я слезла с Кира и пошла тщательно осматривать квартиру. У меня в голове была только одна мысль: почему Лии нигде нет?
Кирилл следил за всеми моими движениями, пытаясь понять: сделаю я что-то с собой или нет?
– Всë хорошо. Я пытаюсь понять, куда делась Лия, она должна была следить за Каем до моего возвращения. – сказала я, шмыгая носом и осматривая кухню. – Здесь не хватает одного ножа...
– Я пойду осмотрю другие комнаты, может, она где-то спряталась и боится выйти. – сказал Кир, уходя в гостиную.
Я же начала искать какие-то царапины, прорези, следы, капли – всë, что помогло бы понять, что произошло. Я прошла в прихожую, там точно должны быть следы людей или сопротивления.
Осматривая прихожую, я оказалась права, тут был песок, точно не принадлежавший моей обуви, и какие-то порезы на стенах и мебели. Это было похоже на следы сопротивления, кто-то не хотел, чтобы его выносили из квартиры. При этом это были не следы от когтей или зубов собаки, а больше похожи на человеческие...
– Кир, иди сюда. – позвала я его. – Тут следы от ногтей человека...
– Что там? – переспросил он, заходя в прихожую и осматривая место, которое показывала я.
– О боже, это выглядит ужасно, Лия оставила?
– Больше некому, только она была в квартире. Как думаешь, где она? Еë увезли?
– Не думаю, что еë забрали, в записке было только про Кая. Может, еë просто вынесли из квартиры и бросили где-нибудь? – рассуждал Кир.