— Брелок.
— Вижу, что брелок. Откуда?
Я почувствовала, как сердце чуть быстрее стукнуло.
— Подарили.
— Кто?
Я на секунду замялась.
— Подруга.
Он приподнял бровь.
— Подруга? Какая?
— Ну… просто подруга, — сказала я и сунула ключи обратно в сумку, как будто это закроет тему.
Саша ничего не ответил.
Завёл мотор и тронулся с места, но я заметила, что его привычная лёгкость ушла.
Всю дорогу до бабушки я ловила себя на том, что думаю не о том, что он мог догадаться,
а о том, почему я снова соврала.
И — почему этот маленький оранжевый мышонок теперь весит как целая тайна.
Глава 36 «После праздников»
Новый год мы встретили у бабушки.
Шумно, с роднёй, кучей салатов, хлопушками и соседями, которые пришли поздравить сразу после боя курантов.
Саша за эти дни писал, но редко — коротко: «С Новым», «Как там у вас?», «Отдыхай».
Я старалась тоже отвечать без лишнего.
Как будто боялась, что из-за пары лишних слов он вдруг спросит про брелок.
Вечером второго января, когда бабушка уже легла, я лежала на диване и листала ленту в телефоне.
Сообщение выскочило неожиданно.
Руслан:
Ну что, как встретила?
Я:
Нормально. А ты?
Руслан:
Да тоже. Скучновато. Все разъехались.
Я:
Праздники же.
Руслан:
Давай увидимся после праздников. Без пафоса, просто встретимся.
Я уставилась на экран.
В голове тут же: «Нет, нельзя. Это глупо».
А следом — «Но я же сама решаю, с кем видеться».
Я:
Не знаю… У меня учеба.
Руслан:
Пары дней хватит.
Я:
Посмотрим.
Руслан:
Лиль, я не шучу. Мне реально хочется тебя увидеть.
Я прочитала и не ответила.
Но телефон остался в руке.
И я понимала, что ответ — это вопрос только времени.
Снег за окном падал медленно, беззвучно, и я вдруг подумала, что этот январь начался точно так же, как лето.
С двух парней.
С секретов.
С выборов, которые я откладываю.
И где-то на кольце моих ключей всё ещё висел оранжевый мышонок,
который, если нажать, скажет то, что я сама не решаюсь.
Глава 37 «Я всё равно приеду»
Праздники тянулись бесконечно.
Снег лежал ровно, как на новогодних открытках, воздух был чистый и колючий, но в голове у меня всё время жужжало что-то своё.
Руслан писал каждый день.
Сначала — нейтрально: «Как дела?», «Что ела?», «Снег у вас есть?».
Потом — всё прямее: «Когда приедешь?», «Давай хоть на пару часов встретимся».
Я тянула с ответом.
Не хотела думать, что это «тайная встреча».
Не хотела, чтобы было похоже на измену.
Но и… не хотела сказать «нет».
В итоге в пятницу, когда мама уехала по делам, а бабушка уснула после обеда, я написала:
Я:
Ладно. Только на час.
Руслан:
Хорошо. Я всё равно приеду.
Он подъехал ровно к назначенному времени.
Тёмная куртка, капюшон, руки в карманах — и эта привычная полуулыбка, от которой у меня всегда чуть теплеет внутри.
— Привет, — сказал он, открывая мне дверь в машину.
— Привет.
Мы выехали из двора, и первое время просто ехали молча. Музыка играла тихо, и я ловила себя на том, что наблюдаю за его руками на руле, за тем, как он переключает передачи.
— Как каникулы? — спросил он наконец.
— Как у всех. Ел, спал, ел.
Он усмехнулся.
— Ты всё та же.
— А ты?
— Я? — он пожал плечами. — Я не спал. И почти не ел.
— Почему?
— Много думал.
— О чём?
Он на секунду глянул на меня, потом снова на дорогу.
— О тебе.
Я сделала вид, что это просто шутка.
— Да ладно.
— Не ладно, — сказал он тихо.
Мы остановились у набережной. Лёд на реке трескался от ветра, редкие прохожие проходили мимо, кутаясь в шарфы.
Руслан достал из кармана термос и два маленьких стаканчика.
— Горячий шоколад. Думал, тебе понравится.
— Ты что, готовился?
— А то.
Мы пили, глядя на реку. Он рассказывал, что у него на работе полный завал, что друзья разъехались, что с Тасей и Оксаной он уже не общается.
— Всё закончилось? — спросила я.
— Всё, — ответил он. — И это хорошо.
Я кивнула, но внутри кольнуло: а что он скажет про меня?
Когда мы вернулись в машину, он завёл мотор, но не поехал.
Посмотрел на меня долго, как будто решал, стоит ли говорить то, что уже в голове.