Руслану я написала: «Встретимся».
В ответ пришло короткое: «Ты же обещала».
Он подъехал к дому бабушки в субботу в обед.
Машина — чистая, как будто он специально мыл её передо мной.
Я открыла дверь и села на пассажирское.
— Привет, — сказал он.
— Привет.
Мы тронулись. На улице было серое небо, снег уже не искрился, а лежал плотными серыми глыбами по краям дороги.
Я смотрела в окно, он — на дорогу.
— Ты норм? — спросила я после пары минут молчания.
— Сейчас — да, — ответил он. — Потому что еду с тобой.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Ты говорил, что тебе надо поговорить…
— Да, — он кивнул. — Но не сразу. Давай сначала просто поедем.
Мы выехали за город. Руслан включил тихую музыку — что-то без слов, только гитара.
Остановились у старой заправки, он купил два кофе и шоколад.
— Держи, — протянул мне стакан. — Горячий, осторожно.
— Спасибо.
— Помнишь, как летом ты взяла мою футболку на озере? — вдруг спросил он.
— Ну… да.
— Так вот, я до сих пор её не стирал.
Я поперхнулась кофе.
— Фу, Рус!
Он засмеялся.
— Не в том смысле. Просто… пахнет тобой.
Я не нашла, что сказать, и сделала вид, что сосредоточена на дороге.
Мы приехали к какому-то заброшенному пансионату. Зимой он выглядел особенно странно — пустые корпуса, окна без света, снег по колено.
Руслан припарковался, заглушил двигатель.
— Здесь тихо, — сказал он. — Никто не мешает.
Я повернулась к нему:
— Так что за разговор?
Он глубоко вдохнул.
— Лиль… я не знаю, как это правильно сказать. У меня всегда было много людей вокруг. Девушки, друзья, тусовки. Но я понял, что со всеми ними я… не настоящий.
Я молчала.
— С тобой — настоящий, — продолжил он. — Ты не просишь ничего, не требуешь. Просто слушаешь.
— Я не знаю, как на это реагировать, Рус…
— Не реагируй. Просто побудь.
Он посмотрел на меня, и этот взгляд был слишком долгим, чтобы назвать его дружеским.
Я отвела глаза.
— И ты правда никому больше не рассказываешь то, что рассказываешь мне? — спросила я.
— Никому, — тихо ответил он. — И… не хочу.
Мы ещё сидели в машине, пили кофе, говорили про всякое — школу, его работу, смешные случаи.
Но между словами всё время было что-то ещё.
Когда он отвозил меня обратно, я уже знала, что Саше не скажу ни слова.
Не потому что боюсь.
А потому что не хочу делиться тем, что чувствую рядом с Русланом.
И да — когда я вышла из машины, он успел коснуться моей руки. Лёгкое, почти незаметное движение.
Но оно осталась со мной дольше, чем все слова за день.
Глава 41 «Ты всё время где-то»
В субботу я пришла к Саше после обеда.
Он открыл дверь в спортивных штанах и чёрной футболке, волосы чуть растрёпанные, на столе в кухне — кружка с остывающим кофе.
— Привет, заходи, — он отступил в сторону, пропуская меня.
Квартира встретила привычным запахом — смесь кофе, его парфюма и чего-то тёплого, домашнего.
Я сняла куртку, оставила рюкзак в прихожей и прошла в комнату. На диване был разбросан плед, на столике лежала его гитара.
— Чай будешь? — спросил он.
— Буду.
Он поставил чайник, и мы сели на диван. Я начала рассказывать о том, что в школе снова учитель по литературе устроила спор с классом из-за сочинения, а Тая не выдержала и ушла с урока. Саша слушал, но я заметила, что его взгляд всё время задерживается на мне дольше, чем обычно, будто он что-то проверяет.
— Лиль, — сказал он вдруг, — ты всё время где-то.
— Что?
— Ну… в мыслях. Раньше ты была со мной даже, когда молчала. А сейчас… вроде рядом, а вроде нет.
— Может, просто устала, — я отвела взгляд.
— Устала или отстранилась?
— Ты придумываешь, — отрезала я, хотя знала, что он прав.
Он вздохнул, облокотившись на спинку дивана:
— Если я что-то делаю не так, скажи. Не уходи в себя молча.
— Всё нормально, — сказала я, хотя внутри было всё, кроме «нормально».
Мы немного помолчали. Чайник на кухне щёлкнул, сигнализируя, что вскипел. Саша сходил за кружками, мы пили чай, стараясь говорить о нейтральном. Но воздух между нами был уже другим — плотным, натянутым.
Когда я собралась уходить, накидывая куртку, он подошёл к дверям:
— Завтра во сколько у тебя автобус?
— В двенадцать.