Я уставилась в окно. Небо — как чистый лист.
Напечатала:
Я: Приду. Во сколько?
Саша: В девять на набережной, у киоска с кукурузой. Там будем я, Саша, Рус и Лена. Может, Кристина подскочит.
Окей. Честно. И — без сюрпризов.
Собиралась долго, но спокойно. Наученная опытом, поставила кеды, джинсовую юбку, белую рубашку. Макияж — лёгкий. Дотянулась до полки с духами. So Elixir? Пальцы зависли.
Летом этот запах стоял у Руслана в машине неделями — «пусть пахнет тобой».
Я вдруг улыбнулась и намеренно выбрала другой флакон — цитрус, горьковатый, свежий. Сегодня — моя версия меня, не чьи-то воспоминания.
— По делам? — выглянула бабушка.
— Погуляю, недалеко. Вернусь не поздно.
— Телефон не выключай.
— Обещаю.
Сумерки уже подсели к реке, когда я подошла к киоску. Первым заметила второго Сашу — махал, как мельница.
— Смотрите, кого вынесло приливом! — заорал он и тут же обнял меня так, что хрустнул мой хрупкий «держать дистанцию».
— Тише, — рассмеялась я. — Я живая.
Саша появился из-за его спины — такой же, как всегда: спокойный, собранный, в чёрной куртке. Взгляд — тёплый.
— Привет, — сказал тихо и коротко обнял. — Рад видеть. Правда.
Сбоку кивнул Руслан. Рядом с ним — Лена: светлая куртка, гладкие волосы, мягкая улыбка. Не картинка, не тень. Живая.
— Привет, Лиля, — первой сказала Лена. — Я про тебя слышала. Про твой выпускной — поздравляю.
— Спасибо, — кивнула я. — Рада познакомиться.
Руслан смотрел чуть дольше, чем нужно, но не переходил черту. Просто обозначил присутствие — вниманием, не взглядом-крючком. Отлично. Я — тоже обозначу свою рамку.
— Чего берём? — второй Саша уже крутился возле киоска. — Кукуруза, чай, мороженое? Я беру всё, ничего не обещаю делить.
Разговоры сложились сами: про жару, про новости, про работу у Саши, про мои документы. Я про поступление отвечала коротко — «подала, жду списков», про город — «жарко, но нормально», про планы — «без паники, но есть». Саша слушал внимательно, иногда задавал уточняющие вопросы; его «рад, что ты приехала» звучало в каждой паузе, хотя он больше не повторил.
Мы пошли вдоль воды. Набережная шумела: ролики, дети, собаки, уличный саксофон играет «Autumn Leaves», хоть кругом июль. В какой-то момент Саша отстал с другим Сашей — те спорили о футболе. Я шла рядом с Леной и Русланом. Лена легко подхватила тему моей приёмки:
— Какие направления отметила?
— Пара гуманитарных и одна «на всякий случай». Посмотрим, куда баллов хватит.
— Я тоже так делала, — улыбнулась она. — Итогом довольна. Если что — спрошу у тебя потом, как прошла подача оригиналов.
— Договорились.
Руслан вставил что-то про то, как у них на работе взяли стажёра и тот перепутал бланки, все вспоминали по очереди «чудеса практикантов». Лена смеялась, и смех был не из тех, после которых щемит. Хороший. И я поймала себя на простой мысли: мне не больно. Даже наоборот — спокойно. Это их история. Моя — рядом со мной.
— У кукурузника ещё успеем? — второй Саша уже строил маршрут, будто гид. — А потом на верхнюю террасу — там ветер.
Саша догнал меня, взял стаканчик с моим чаем, чтобы нести.
— Как ты? — спросил тихо, пока остальные спорили, где вкуснее мороженое.
— Нормально, — улыбнулась. — Документы сдала. Жду.
— Волнуюсь за тебя… — он замялся. — То есть за тебя. Не из-за тебя. Понимаешь?
— Понимаю, — кивнула. Приятно. Без давления.
Мы поднялись на верхнюю террасу, сели на лавки. Сверху город казался карманным. Дул тёплый ветер. Второй Саша рассказывал очередную байку, Лена вставляла «боже-правда?», Руслан поддакивал. Я слушала, иногда кидала свои реплики. Было… нормально и легко.
Пару раз Рус бросал на меня свой привычный длинный взгляд — не липкий, нет; как «проверка связи». Я отвечала коротким «всё ок» и переводила тему. Лена видела? Возможно. И именно поэтому я говорила с ней больше: про её обучение, про книги, про то, как она терпеть не может изюм (я хмыкнула — у нас тут клуб). Было важно увидеть её живой, и себя — рядом с ней живую. Без старых узлов.
— Сходим до маяка? — предложил кто-то.
— Завтра рано вставать, — сказал Саша виновато. — Давайте в следующий раз. Мы же теперь не на один день?
Он посмотрел на меня. Я посмотрела на реку.
— Я ещё побуду у бабушки, — сказала. — Пока списков нет — я свободный агент.
— Тогда… — он чуть улыбнулся. — Тогда увидимся.