— Нет, брат, она просто слишком громко кончала, вспоминая нас, — начал пошлить Дрейк.
Мне было не до смеха, я была зла, и очень сильно.
— Очень смешно. Это вы свою молодость вспоминаете? — только и сказала я, намекая, что они еще те старички.
— Ангел, таким милым девочкам не стоит знать, чем мы занимались в студенческие годы. Хотя мы можем и показать… — Алик посмотрел на брата, подмигнув.
— Не стоит! — сразу ответила я.
После почти бессонной ночи чувствовала я себя неважно.
— Давай вещи.
Дрейк взял один из самых больших чемоданов. Алик — два поменьше.
— Ангел, ты там что, кирпичей взяла на память о любимой общаге? — проворчал Дрейк.
— Могли бы и не приезжать, я не просила, — знаю, что не права и не стоит грубить, а, наоборот, нужно сказать спасибо, но не смогла промолчать.
— И как бы ты это все вытащила отсюда?! — спросил Алик.
Я только пожала плечами.
— На будущее, Ангел, — уже более серьезно начал он, — звони нам всегда, когда возникает какая-либо проблема.
А потом более мягко, касаясь моего подбородка, поднимая его вверх, чтобы смотреть на меня, добавил:
— Ты же наш Ангел, мы хотим заботиться о тебе.
Наверное, другая бы расплылась лужицей после этих слов, но я, к счастью, этого не сделала, просто промолчала.
— Мы не слышим ответа, Ангел, — потребовал Дрейк, стоя в дверном проеме. Мужчина был таким большим, что занимал почти весь выход.
— Какого ответа? — не догоняла я.
— Да, Алик и Дрейк, я всегда буду звонить вам, если мне понадобится помощь или просто станет скучно. А еще беспрекословно вас слушаться, — процитировал он то, что, по его мнению, я должна сказать.
— Буду звонить, — пробубнила я.
— Злючка и бука, — прокомментировал Дрейк.
— Зато наша, — ответил его брат.
Когда мне выставили счет за испорченную мебель, я была просто в шоке!
— Я, вообще-то, должна заплатить только за тумбочку и кровать, а не за ремонт всей комнаты! — возмутилась я.
Да за эти деньги и правда можно сделать ремонт всей комнаты! Что это за расценки такие.
Бухгалтер только пожал плечами.
— Будешь платить? — спросила она и продолжила: — Если нет, то придется звать Регину Геннадьевну.
Услышав это имя, я сразу же умерила свой пыл.
— Не стоит, я заплачу.
С ней я точно не хотела встречаться, особенно после вчерашнего. Оставив почти все свои сбережения, я сдала свой пропуск на вахте и с унылым настроением направилась в сторону, где находился автомобиль близнецов. Около них уже стояла кучка девушек, которые с любопытством и интересом смотрели то на недешёвый автомобиль, то на самих братьев.
— А вот и Ангел вышла, — открыл передо мной дверцу Алик. — Простите, дамы, но нам пора.
Даже через закрытую дверь я услышала разочарованные вздохи девиц. Да, девочки, эти два красавчика приехали по мою душу. Такое их поведение мне даже немного польстило, и настроение улучшилось. Все же внимание парней очень влияет на самооценку девушки.
— Ангел, где живет твоя тетя? — спросил Дрейк, открывая навигатор, который был встроен в панель управления. Сегодня они приехали без водителя, в совершенно другой машине, но не менее дорогой. За рулем был Дрейк.
— Восстания двадцать, — назвала я адрес и только сейчас поняла, что еду к тёте, которая меня ненавидит и желает смерти. Ведь тогда, два года назад, я сбежала от нее и сейчас опять же возвращаюсь, подвергая себя опасности. Сразу же мне стало дурно, и я начала паниковать. «Так, все, соберись! — уговаривала я себя. — Всего лишь неделя, максимум две, и я сниму квартиру».
Посмотрев на телефон, я еще раз проверила входящие. Тётя так и не перезвонила, и я даже не знаю, как она отреагирует на то, что я приехала ни с того ни с сего. Скорее всего, очень плохо. Из моих переживаний меня вытянул голос Дрейка:
— Для начала предлагаю заехать в кафе и позавтракать. Спорим, Ангел, ты не ела со вчерашнего дня?
Я промолчала, так как ответ был очевиден. Какая еда, я и вещи не все просушила.
— Тогда решено, едем. Тут как раз есть недалеко одно хорошее заведение, — Дрейк крутанул руль и, улыбнувшись, посмотрел на меня через зеркало заднего вида.
— Я не очень хорошо выгляжу… — И это было правдой, так как с одеждой я сегодня не заморачивалась, как и с косметикой.
— Не волнуйся, — махнул рукой Алик. — Ты же с нами, и им вообще откровенно должно быть без разницы. Особенно за те деньги, которые мы им платим.
Кафе и правда оказалось уютным и нелюдимым, персонал даже не посмотрел на нас, только учтиво поинтересовался, что нам принести. После плотного завтрака, а по-другому я назвать это не могу, настроение сразу же улучшилось. Да и вкусный кофе прибавил сил, и я не чувствовала себя такой уставшей. Жизнь продолжается, и нужно идти дальше. К тёте мне ехать не хотелось, и я предложила близнецам погулять по недалеко расположенному парку (увидела его, когда мы подъезжали) или сходить в кино.