– Может, надо поехать в следком и подмазать их? – предлагает Матвей.
Слышу, как чиркает зажигалка, а потом воздух наполняется запахом сигаретного дыма. – Виски налить, Давид?
– Давай. Не мог следователь по своей инициативе полезть туда. Его кто-то направил. Но кто?
Черт… Резвану все-таки удалось что-то раскопать? Он говорил, что сотрудничает с частным детективом и ищет, как прижать Агарова. И Давид пока не знает, кто инициатор расследования. Пока… А если узнает, что будет?
– Надо узнать, кто. И что ему надо? Если они эксгумируют тело, нам хана.
– Молчи, Матвей! – ревет Агаров. – Ничего они там не найдут. Три года прошло. Опасаться надо, если они найдут второе тело…
О боже… Вот кто мой будущий муж – убийца, вор, преступник… Тошнота подкатывает к горлу, а дыхание сбивается в легких. Только бы не выдать себя. Зажмуриваюсь и растираю переносицу, прогоняя опустившийся на плечи ужас. Мне надо дослушать их разговор и доложить обо всем Резвану. Какое второе тело?
– Да, мы перегнули тогда палку, но девчонки вообще никто не хватился. И вряд ли хватится… Студентка из районного центра, сирота… Никто не узнает, Давид.
– Ладно… Поздно уже. Давай спать.
– Может, отменишь свадьбу, пока мы не разобрались с делами? – предлагает Матвей.
Умница! Как ты правильно рассуждаешь! Молюсь, чтобы Давид прислушался к совету помощника, но он произносит твердо:
– Я и так ждал девчонку слишком долго, Матвей. Женюсь по-тихому и делу конец. Никакого торжества устраивать не буду, распишемся и все.
– А если следаки тебя прижмут? Зачем это Камиле? Ты уверен, что она будет тебя ждать и носить в СИЗО передачки?
– Не уверен. Вернее, уверен, что сразу сбежит, – со вздохом произносит Агаров.
– Тогда повремени со свадьбой. Не позорься… Представляешь, как это будет выглядеть в глазах тех, кто тебя уважает? Молодая жена сбежала или подала на развод с мужем-зэком.
– Я решу свои вопросы, Матвей. Ничего у следаков нет на меня. Тело Авроры ничего им не расскажет, да и вторая девчонка… Как ее…
– Оля Морозова, – подсказывает Матвей, а я ликую – завтра же Резван узнает о второй погибшей девушке. А Агаров будет гадать, откуда о ней узнали? Знать бы еще, откуда эта Оля?
– Олю Морозову они не найдут.
– Ладно, Давид. Спокойной ночи.
Спохватываюсь и поднимаюсь по ступенькам в комнату. Ложусь в постель к Монике, усмиряя бешеное сердцебиение. Агарову не избежать расправы. Возможно, тело какой-то Авроры и не расскажет ничего об убийстве, но тело Оли Морозовой… Слышу, как Давид ходит по холлу, поднимается по лестнице и хлопает дверью своей спальни. В доме воцаряется тишина. Решаюсь не дожидаться утра и по памяти набираю номер моего Рези… Я и не забывала его… Все эти годы помнила заветные цифры, в надежде, что он позвонит.
– Резван, – шепчу в динамик, заслышав его сонный голос.
– Ками, что случилось? Агаров тебя обижает?
– Резван, слушай меня внимательно. Я только узнала, что был и второй труп. Не только Авроры.
– Откуда ты обо всем этом знаешь?
– Неважно. Подслушала разговор Давида с охранником. Они знают, что вы ездили в поселок. Это же были вы?
– Да. И мама Авроры. Ками, это очень опасно, милая…
– Вторую девушку звали Ольга Морозова. Она сирота и студентка из районного центра. Поэтому ее никто не хватился. Скажи своему детективу, чтобы ее проверили по базе пропавших без вести.
– Обязательно скажу, Ками. Ты не представляешь, как помогла. Может, нам удастся возобновить дело и получить разрешение следственного комитета заключить Агарова под стражу? До свадьбы.
– Я мечтаю об этом, но… До свадьбы три дня, Резван.
– Это очень много, Камила. Очень… Убийства и похищения расследуют за сутки, а тут три дня. Я верю в нас, Ками… И очень тебя люблю.
– А я тебя, Рези.
Глава 25.
Резван.
– Как это не можете возбудить уголовное дело? – уперев руки в бока, произношу я. Ей-богу, ярость и негодование бурлят внутри, как адская смесь.
Следователь смеривает меня снисходительным взглядом и устало протягивает:
– Потому что нет никакой пропавшей Ольги Морозовой. Вы что-то перепутали, Резван Отарович. Ольга Морозова жива и здорова, учится в Политехническом и живет в общежитии. Я ей звонил десять минут назад. Так что… У вас ложные сведения.
– Не может такого быть, – хриплю, почти физически чувствуя, как обломки рухнувших надежд придавливают к земле. Даже дышать становится трудно от тяжести… Ольга Морозова была моей последней надеждой. И что теперь? Агаров на свободе, а свадьба уже послезавтра. А завтра прилетает Таня с сыном. Черт! Трижды черт!