Моника смеется и брызгается пеной, пока я тщательно умываюсь, используя дорогущий гель для умывания. Надо же, какой ценитель и знаток этот Эмиль… Признаться честно, ему удалось меня удивить.
Одежда оказывается новой, красивой и подходящей по размеру. Одеваю Нику и сама облачаюсь в трикотажный домашний костюм. Носки и домашние тапочки покоятся возле кровати. Он предусмотрел все… Каждую, на первый взгляд, незначительную мелочь, которую обычно мужчины не замечают. Не забыл и про резинки для волос. Заплетаю Монике два хвостика и спускаюсь в гостиную. Эмиль одаривает нас довольной улыбкой и произносит:
– Прошу к столу. Повар приготовил много еды. Не знаю, что ты любишь? Может, расскажешь о своих вкусах, чтобы я предусмотрел и…
– Зачем тебе это? – не выдерживаю я. – Ты обхаживаешь меня, как…
– Ты мама моей племянницы, разве нет? Давай ужинать, Ками? А потом поговорим у меня в кабинете.
Глава 29.
Камила.
– Ешь, Ками. Что предпочитаешь? – томно протягивает Эмиль, взмахивая ладонью.
Складывается впечатление, что в гости ожидали как минимум королеву, а не простую девушку с ребенком.
– Салат, если можно, – пищу как мышка. Прокашливаюсь, боясь поднять на Эмиля взгляд. Уж очень он устрашающий: высокий, темноволосый, большеглазый. Если бы он был блондином, сошел за ангела.
– Нет, так не годится. Вы долго ко мне ехали. Тебе надо хорошо поужинать. Посмотри лучше на Монику – как она хорошо кушает. Да, малышка? Я твой дядя, можешь звать меня Эмиль.
О боже… Меня сейчас стошнит от приторности момента.
И как ему удалось незаметно положить Ничке вареную картошку и паровую котлету? А дочурка уплетает ужин за обе щечки, не обращая ни на кого внимания!
– Ты прав, Эмиль. Дорога нас утомила, а вода со снотворным добавила страданий.
– Прости, Камила. Никакого снотворного в воде не было, немного успокоительных капель растительного происхождения, не более… Ты уснула от волнения, страха и хронической усталости. Вот и весь секрет.
Стараюсь удержать подбородок на месте, чувствуя себя дурой. Ковыряюсь в тарелке, а потом заставляю себя съесть кусочек рыбы и порцию тушеных овощей.
– Ками, ты любишь сладкое? Я заказал профитроли, бисквиты с кремом, заварные пирожные, – продолжает удивлять меня Эмиль. Господи, откуда взялся этот мужчина?
Бубню в ответ что-то невразумительное, нетерпеливо ожидая завершения ужина. Мне хочется поговорить с ним. Что Эмиль хочет? Может он маньяк, откармливающий нас, как жертв перед закланием?
– Давай, Ника, пей компот, чтобы мама не переживала о тебе, – ласково воркует Эмиль с моей девочкой.
Вежливый тут выискался! Меня бесит его показная любезность… Лучше бы он вел себя с нами, как с пленницами.
Я торопливо съедаю пирожное и запиваю горячим чаем. Жду, пока Эмиль разделается с куском мяса на кости.
– Ты закончил? Мы можем поговорить?
– Дай мне минутку, – отвечает он. – Мне надо наведаться к раковине.
Понимаю – хочет до последнего казаться джентльменом. Не удивлюсь, если Эмиль тщательно почистит зубы после еды, чтобы не оскорблять моего обоняния.
Моника остается с Валентиной Петровной, а мы с Эмилем поднимаемся в его кабинет. Он находится недалеко от нашей с Никой спальни.
– Садись, Ками. Или предпочитаешь постоять? – улыбается он, а я чувствую едва уловимый аромат мятной пасты. Все-таки почистил зубы, пижон!
– Пожалуй, присяду. Разговор же будет долгим? – осторожно опускаюсь на край бархатного дивана.
– Я следил за тобой. Ты это хотела спросить? Мои люди ездили за вами и фотографировали. А потом сдавали мне отчётность, – с ноткой брезгливости в голосе отвечает Эмиль.
Я краснею как рак… Значит, нас видели тогда с Резваном? В его машине? В подворотне, гостинице и... Эмилю все докладывали? Как мы тайно встречались, прикрываясь занятиями Ники?
– Да, Ками, я все знал. Послушай, – он запускает ладони в карманы брюк и подходит ближе. Садится рядом, разворачиваясь ко мне… Боже, какой он… Интересный, странный, загадочный… Устрашающий и обаятельный.
– Мне плевать на твое мнение, Эмиль. Резван отец моей дочери, он…
– От трус! – не выдерживает Эмиль и встает. Отходит к окну и смотрит в синеву летнего неба. – Ты прекрасный цветок, Ками… Такую, как ты нужно держать в теплице. Кормить, поить, беречь и гордиться. Показывать всем, как трофей, а не скрывать, как грязный постыдный секрет. Твой Рези… Мерзавец и трус.