– Погодите, Отар Гелаевич. С чего вы решили, что к запискам, слежке и похищению Камилы имеет отношение ваш тайный сын? И для чего ему ее похищать?
– Чтобы сделать больно Резвану. Очевидно, Эмиль всю жизнь ему завидовал. Наблюдал за ним, видел, как мы балуем своего мальчика, а он… Бэлла жила скромно и ничего не зарабатывала. Не могла купить ему дорогую игрушку или оплатить отдых в дорогостоящем детском лагере. Образование, одежда, машины… У нашего Рези было все. В то время как мой второй сын прозябал в нищете и забвении. Он знал, что я существую, но не попытался познакомиться и спросить, за что я так с ним?
– А за что ты так с ним? – почти рычу я. – Почему отказался? Он ведь мог быть моим другом? Братом, которого мама не смогла родить! Почему ты им не помогал?
– Я пытался! – кричит отец в ответ. – Бэлла выбрасывала мои деньги и проклинала меня. Она запретила приближаться мне к ним на пушечный выстрел. Она хотела устроить личную жизнь, но ничего не выходило… Я не знаю, почему так случилось? Она даже о болезни не сообщила… Умерла. Я случайно знал о ее смерти. От случайного знакомого, что работал в моей фирме когда-то давно, во времена Бэллы.
– Если хотел бы помочь – нашел способ. Теперь я все понимаю. Он просто возненавидел меня… Заочно. Забрал у меня самое дорогое. То, что я любил всем сердцем. Забрал, как ты забрал себя у него… Отказался, отверг, сделал вид, что тебя это не касается.
Мне становится плохо… Сердце щемит от осознания потери. Она ведь ее не вернет, мою Ками… Сломает в плену или заберет себе. Принудит быть с ним силой. Вдруг он урод или извращенец?
– Как найти этого Эмиля? – металлическим голосом произношу я. – Выходит, не такой он и бедный парень, если провернул все это?
Отец стыдливо отворачивается. Молчит, боясь моего гнева или чрезмерной активности.
– Эмиль Визер. Бэлла дала ему свою фамилию. Отчество не знаю. Где живет… Не знаю… Он давно не обитает в нашем городе. Уехал после смерти матери. Я… Резван, я ничего больше о нем не знаю. Где учился, адрес прописки. Он младше тебя на пять лет.
– Двадцать девять лет, значит. Сейчас, господа, уже ищу, – деловито бормочет Сергей, раскрывая крышку ноутбука и нажимая на клавиши. – Общество с ограниченной ответственностью «Визер и партнеры». Директор Визер Эмиль Александрович.
– Ничего себе! Бедный несчастный братик. И чем занимается его фирма? Где зарегистрирована? – потираю в нетерпении руки я.
– Программирование, информационная безопасность, охранные услуги… Всем понемногу. Зарегистрирована в другом регионе. Соседняя область, четыреста километров отсюда.
– Адрес есть? Срочно выезжаем! – мечусь по кабинету я.
– Погоди, Рези. Таня не может до тебя дозвониться, – отец протягивает мне непрерывно дребезжащий телефон. Свой-то я отключил на время разговора.
– Да, Таня. Что ты хотела? – с ноткой раздражения в голосе произношу я.
– Амиран серьезно болен. Пришли результаты анализов. Нам… Нам срочно нужно в больницу.
Глава 33.
Резван.
Визер Эмиль Александрович… Значит, так его зовут? И выглядит он потрясающе, если можно так выразиться. Высокий, темноволосый, красивый в классическом понимании этого слова. Похож на меня, но лучше – выше, моложе, успешнее… особенно, учитывая факт, что Камила у него. Она же у него? Тогда почему он ничего не требует взамен? Не обнаруживает себя, а продолжает держать ее у себя? Ничего не понимаю…
Шаги отдаются глухим эхом, а ноздрей касаются запахи больницы – хлорка, лекарства, тошнотворная еда. Душу обжигает вина – я ведь ни о чем не могу думать, кроме Камилы…
– Резван, что с тобой? – надтреснутый голос Тани вырывает из задумчивости. – Я думала о тебе лучше, а ты… Неужели, ты и сейчас думаешь о своей, о…
– У меня хватает других проблем, Таня, – сухо бросаю я. – Ты намеренно преувеличила тяжесть болезни Амирана, да? Чтобы я приехал, все бросил и…
– Да! Чтобы ты очнулся, Рези. И перестал витать в облаках. Ты ее потерял, как ты не понимаешь? Он никогда ее не отдаст.
– Молчи, пожалуйста.
– Кхе-кхе. Можно вашего внимания? – слышится за спиной голос врача. – Готовы результаты исследования, пройдемте в мой кабинет.
На мгновение мне кажется, что Татьяна бледнеет, как полотно. Качает головой и вскидывает умоляющий взгляд на врача.