Жалко, что изменить ничего нельзя… Перевожу любящий взгляд на Монику, понимая, что и не хочу ничего менять. Ее длинные темные реснички подрагивают, на пухлых щечках играет румянец, а по личику скользят осенние солнечные лучи.
– Простоим полчаса, Ками, – тихонько вздыхает Женя, оглядываясь на нас. – Зато мелкая выспится.
– Ничего, – отвечаю я.
«Зато я помечтаю…», – добавляю мысленно.
***
Сергей припарковался возле подъезда старинной каменной пятиэтажки, утопающей в глубине сквера. Резван Отарович помог мне выбраться из машины, поддерживая за талию. Голова кружилась, в висках пульсировало, телом овладевала странная слабость… Похоже, удар был сильным… Я боялась сотрясения и родителей тоже боялась… Вот как Резван объяснит им мое появление в его доме?
– Врач скоро приедет, Камила. И обед… тоже. Вы же голодны?
– А вы со мной пообедаете? – спросила я, посмотрев на Резвана взглядом кота из Шрека.
– Да, Ками. Я теперь за вас в ответе, – улыбнулся Резван, заставив мое сердечко заполошно трепыхать в груди…
Квартира Резвана произвела на меня неоднозначное впечатление. Белые высокие стены украшали картины, с белых гладких потолков свисали маленькие круглые люстры, пол устилали разноцветные кавказские коврики. Пахло корицей, апельсинами и запахом Резвана… Пожалуй, немного бытовой химией.
– Проходите, Ками. У меня есть домработница, – слегка улыбнулся он, помогая мне разуться. – Так что не думайте, что всю эту чистоту навожу я.
– Я и не думала, – отвечаю, прикрывая руками пятна крови на одежде.
– А что так? Считаете, я неряха? Как многие мужчины?
И зачем мы говорили об этом? Кажется, Резван просто не знал, чем заполнить молчание и неловкость, повисшую между нами. И я тогда понимала его… Остановившись возле злосчастной остановки, он себе прибавил проблем.
– Нет, я так не думала, Резван Отарович. Вы деловой мужчина, вам положена помощница по хозяйству, – отрапортовала я.
– Ладно, Ками. Идите в душ. Только не закрывайте дверь – мало ли что? Не хочу, чтобы вам стало еще хуже. Чистый банный халат и полотенца в шкафу. Одежду можете бросить в стиральную машину.
– А где домработница? – неожиданно спросила я.
– Вышла в магазин купить продуктов. Скоро вернется. И обед скоро привезут, я по дороге заказал вам куриный бульон, котлету из телятины, салат… Надеюсь, вы это едите?
– Да. Спасибо большое, Резван.
В ванной Резвана Отаровича пахло чистотой и его запахом, уже тогда известным мне: смесью мяты, луговых трав и цитрусовых. Я сбросила одежду и запихнула ее в стиральную машину. Включила режим быстрой стирки. Приняла душ, вымыла длинные волосы от крови и пыли. Головокружение не проходило, место удара пекло, а из раны подтекала кровь. Я и сама понимала, что мне требуется перевязка и постельный режим. Из зеркала, висящего на стене ванной комнаты, на меня смотрела измученная бледная особа, а не юная красавица, которую я привыкла видеть каждое утро… Мое наблюдение нарушил телефонный звонок. Папа… И как я не догадалась, что родители хватятся меня?
– Да, пап… Я тут…
– Ками, мы с мамой уехали до четверга. У Саврасова юбилей, мы решили остаться на пару дней в Полесье.
– Пап, это же так далеко, – с трудом сдерживая восторг, ответила я.
– Ну да, двести километров. Мы хотели сегодня вернуться, но мама настояла, чтобы мы остались. Погуляем в горах, подышим свежим воздухом. Ты уже дома, детка?
– Почти. Задержалась в библиотеке, пап. Но уже все сделала, выхожу к остановке. Так дома никого не будет?
– Да, дочка. Но это не значит, что ты можешь приводить кого-то в дом или…
– Не буду, папа, не волнуйся.
Мне хотелось ликовать от радости: я ведь могу остаться у Резвана… Прикинуться больной и попросить у него пристанища на время болезни.
Врач приехал через двадцать минут. Я успела пообедать и познакомиться с Татьяной Львовной – домработницей Резвана. Бульон я кое-как в себя уместила, а вот остальные блюда… В общем, доедал за меня радушный хозяин. К тому времени он переоделся в домашнюю одежду – спортивные брюки и футболку.
– Ками, идемте на осмотр? – участливо произнес врач. Выглядел он, как доктор Айболит – седовласый, с жиденькой бородкой и круглыми очками, смещенными к переносице.
Я послушно кивнула и проследовала за ним в кабинет хозяина квартиры. Легла на кушетку, приготовившись к осмотру, и в этот момент почувствовала приступ тошноты. Подпрыгнула с кровати и стремглав пустилась в туалет.
– Все-таки сотрясение, – резюмировал врач, когда я вернулась. – Удар сильный, кожа рассечена. Я вам выпишу направление на компьютерную томографию головного мозга. У вас документы с собой?