– С правого торца можно легко войти внутрь, – произносит Антон, указывая ладонью направление.
– А сторожа нет? – спрашивает Матросов, поглаживая пса по голове.
– Есть. Пятьсот рублей, и он сделает вид, что на территории завода все спокойно. Камер здесь отродясь не было. Старик, судя по всему, неплохо зарабатывает на тех, кто захаживает на завод.
– Я дам ему деньги, не волнуйтесь.
Паркуюсь на траве между двумя высокими дубами. Трава влажная после дождя, а воздух пахнет свежей землей и сеном. Немного дизелем и ржавчиной. Дункан нетерпеливо выскакивает из машины и тотчас принюхивается. Отдаю Христенко пятьсот рублей, поручая разобраться со сторожем. Ничего не хочу пропустить. Кажется, отвернусь, и все случится без меня…
Волнение разгорается внутри с новой силой. Все остальные чувства сжигает в своем пламени. Я думать ни о чем не могу – наблюдаю за собакой, срастаюсь с ней… Как будто знаю, куда она сейчас пойдет.
– Ищи, Дункан. Давай, мальчик, хорошо.
Мы осторожно ступаем следом. Повсюду виднеются заброшенные здания с черными, зияющими пастями разбитых окон. Гуляет ветер. Свистит сквозь широкие щели истлевших крыш, играет со ржавым флюгером. Колышет верхушки редких кустарников.
– Есть. Нашел.
Олег останавливается за одним из строений. С торца здания – бывший палисадник. Когда завод работал, там росли цветы, а выложенные камнем клумбы были благоустроенными.
– Надо здесь копать.
Пес громко лает. Нюхает землю и послушно садится на задние лапы. Он выполнил задание. Нашел, что его просили.
– Олег, может, стоит пройтись по всей территории? – спрашивает Матросов. – Никто не знает точно, сколько погибло девушек. А уж сколько похоронено…
– Будет сделано, Эдуард Александрович.
Семенов уводит Дункана в конец территории. За ней – поля промышленного назначения. Узкоколейки, ведущие к близлежащим хуторам. Дункан заливается лаем возле другого, похожего на первый палисадника.
– Что и требовалось доказать, – протягиваю я. – Что делать будем, Эдуард Александрович? Сами копать?
– Конечно, сами. Следком посмеется нам в лицо, если вызовем. Они приедут только на труп. Антон, ты подружился с дедом? Надо раздобыть пару лопат. Резван, твой телефон достаточно заряжен?
– Да.
– Нужно описывать все, что мы сейчас будем делать. Нас ведь могут обвинить в черт знает чем! Мол, трупы мы подкинули, а в палисадниках только трава росла и цветы. Сам же понимаешь, какой у нас закон… Давай сюда телефон. Я буду снимать и комментировать каждое наше действие. Свидетели на камеру подтвердят, что землю мы не трогали. И никто другой не трогал до нашего приезда.
Матросов снимает на видео каждого из нас. Мы проговариваем свои имена и фамилии, а Эдуард переводит фокус на палисадник.
– Собака, наученная определять человеческие трупы по запаху, указала на это место. Сейчас будем производить раскопки, – произносит он, захватывая периметр участка в объектив камеры. – Сторож помогает с раскопками.
Как ни странно, дед не противится, а, напротив, участвует. Я копаю с одной стороны, Антон – с другой. Сторож собирает землю в ведра и отбрасывает ее чуть поодаль – расчищает зону поиска. Лезвие лопаты мягко погружается в землю. Я отбрасываю комки, камни, корни какого-то сухого кустарника, а потом… Едва не режу пополам человеческую руку.
– Скелет! Скелет, черт возьми! Человеческий!
– В зоне поиска обнаружен человеческий скелет. Отчетливо видна кисть.
Матросов присаживается на корточки и приближает камеру. Я расчищаю место и копаю глубже. Ребра, череп, бедренная кость… Обрывки одежды, судя по всему, женской.
– Антон, ты можешь опознать обрывки одежды? На правой кисти скелета кольца и браслет.
– Это… Это кольца Марины. Одно из них я дарил. Эта девушка… Бесспорно, Марина.
Христенко становится плохо. Его рвет на стену близлежащего здания. Он приваливается к ней, ища опору. Тихонько воет. Мы его не трогаем. Я продолжаю копать. Олег держит лающего пса. Сторож аккуратно расчищает территорию от лишней земли.
– Добрый день, могу я поговорить с начальником отдела по особо тяжким? – вежливо спрашивает Матросов. – Мы обнаружили труп Марины Яровой, пропавшей без вести несколько лет назад. Да, уверены, что она. Ее парень опознал тело. Кто это мы? Частный детектив, полковник юстиции в отставке Эдуард Матросов. Ждем.
– Неужели, приедут, Эдуард Александрович? – откладывая лопату, произношу я.
– Обязательно. Это дело – давний висяк, а их никто не любит. Надеюсь, на теле Марины обнаружат хоть какие-то следы… Хотя…