Мама тискает Нику, расспрашивает ее – где была, что делала? Не обижали ли ее? В общем, терзает Монику расспросами, боясь спросить у меня напрямую.
– Мам, перестань спрашивать внучку. Эмиль нас спас и относился с уважением, – отвечаю, бросая на маму взгляд.
– Ну, позвонить-то могла, дочка?
– Нет, не могла. Агаров тогда отследил бы мое местоположение. И тотчас примчался.
– И то верно… Не думай, что мы тебя не искали, – виновато протягивает мама. – Давид все поднял на уши. Но этот… молодой человек подготовился. И следа не оставил.
– Мам, все позади. Надеюсь, Давида посадят, а папу не привлекут, как сообщника… Вы не подписывали никаких документов?
– Нет, слава богу. Ума хватило… Да и что Альберт мог ему дать? Только тебя, Ками… Ох…
– Все, мам. Хватит. Мне сложно и больно, но я буду стараться снова поверить вам.
Конец