– Здравствуйте, Альберт Александрович! – нарочито радостно произношу в динамик.
– Резван, как я рад, что ты приехал! – слышу голос, который я успел позабыть за эти годы. Чувствую ощутимый укол вины за то, что сотворил тогда с Ками… Мне было стыдно смотреть ей в глаза сегодня, но перед ее отцом мне стыдно вдвойне…
– Да, решил проведать родителей.
– Жену тоже привез? Инга ничего не сказала, поэтому…
– Нет, Таня осталась в Лос-Анджелесе.
– Наша Камила скоро выходит замуж, Резван. За Давида Агарова, знаешь его? – с нескрываемой радостью произносит Альберт. Интересно, Ками того же мнения о будущем муже?
– Слышал, – отрезаю коротко. – Надеюсь, Камила рада?
– Пока не очень, но это от недалекого ума, я так скажу! – фыркает Альберт. Слышу, как на том конце провода звонко лязгает посуда. Похоже, семья Русаковых обедает. Зажмуриваюсь, стремясь изгнать воспоминания о другом обеде… Ками тогда осторожно, вытягивая губы трубочкой, дула на ложку горячего куриного бульона. Сидела на краешке стула в моей кухне. Забавная в большом белом халате… Красивая, манящая, доверчивая птичка, случайно залетевшая на огонек в мою холостяцкую берлогу…
– Вам виднее, Альберт Александрович.
– Резван, приходи на свадьбу. Ты сейчас в доме родителей? Я приглашение пришлю, – ультимативно добавляет Альберт.
Только это мне не хватает! Видеть Ками – нелегкое испытание, а видеть ее чужой женой – мука… Мне хватило секунды, чтобы пробудить спящие в сердце до поры воспоминания и вновь окунуться в колодец вины. Я предал ее тогда. Поступил по-мужски по отношению к одной женщине и пренебрег другой… А теперь она чужая невеста. Чужая жена… И слова Альберта словно соль на незаживающую рану разорванных отношений…
– Хорошо, Альберт. Я приду, – отвечаю сухо и торопливо прощаюсь.
Мне надо найти Камилу… Найти и выяснить, от кого она родила дочь…
Глава 5.
Резван.
Мне не сидится на месте… Как жаль, что отец сообщил о дочери Ками после того, как я выпил… Теперь за руль не сесть. Чтобы избежать вопросов отца, вызываю водителя, намереваясь скорее улизнуть из дома. Ей-богу, веду себя, как маленький мальчик, а не взрослый, умудренный опытом мужик. Таким меня и полюбила Камила… Каждый раз воспоминания о ней ранят душу, как острое стекло разбитого вдребезги бокала… Похоже, мои мысли отражаются на лице: отец прищуривается, хмыкает и произносит протяжно:
– Что у тебя было с Альбертом? На тебе лица нет, Резван. Мне казалось, ты сотрешь зубы в порошок.
– Ничего, отец. Просто он мне… Не нравится. Вот и все, – лгу бессовестно и отвожу взгляд.
– И мне… Мутный тип. Варился сначала со следаками, поил их и кормил, а как прекратил, сразу стал подозреваемым. Вот поэтому я всегда держался от этого подальше. И ты держись, Резван. Прикормишь зверя, а стоит дать слабину, пиши пропало – он тебе откусит руку. А потом Альберт переметнулся на другую сторону – бывших воров и преступников. Чиновников, коими они стали. Такие вот дела… Папа тянется к кувшину с вином и наливает себе бокал. – Будешь, сынок?
– Я хочу отъехать ненадолго, пап. Я вызвал Гришу. Сейчас быстро приму душ и займусь нашим деликатным делом.
– Это каким вы там собрались заниматься делом? – певуче протягивает мама, вплывая в кухню-гостиную. – Ты еще пахлаву не попробовал, Резван. Мы с Нателлой вчера полдня пекли для тебя. Ну-ка быстро за стол! Не съел ничего, все сидите тут бормочите, как противные деды.
– Мы и есть деды, – бурчит папа. – Ну ладно, Резван еще хоть куда у нас. Жаль, что не привез Таню…
– Мамуль, я вечером приеду и все съем, – обнимаю маму и прижимаю к груди. Кажется, моя Нана Резвановна стала совсем крошечной, будто в росте уменьшилась… От этого становится страшно…
– Так какое дело у вас? – не унимается мама.
– Да так… На свадьбу пригласили, решали с отцом, что подарить.
Мама нехотя меня отпускает. Поднимаюсь в свою бывшую комнату, сбрасываю одежду и становлюсь под горячий душ. Закрываю глаза, остро чувствуя присутствие прошлого. В Америке оно меня так не мучает… Там другая жизнь, другие люди, жена, сын… Столько хлопот, что ему просто нет места. И оно терпеливо ждет своего часа, уныло спрятавшись в закоулках памяти.
***
Врач осмотрел Камилу и настоял на обследовании. Я видел, как нервно она говорила с отцом по телефону – теребила пояс огромного неуклюжего халата, ерошила волосы, терла переносицу, расхаживала по комнате, как часовой. Она их боялась… Мне было дико думать, что такое бывает, ведь я вырос в другой семье. И еще я понимал, что Ками хочет остаться у меня… Уж не знаю, чем я так привлек ее – скромную студентку-красавицу, у которой отбоя не было от поклонников? И все, по словам ее отца, были готовы предложить брак и положить к ногам знойной красавицы весь мир… А тут я… Мужик на двенадцать лет старше ее.