Ответ пришел довольно быстро: «Да, можете поменять цвет, если Вы считаете это нужным». И все. А как мне быть дальше? Не могу же я так сразу написать: «А что Вы делаете сегодня вечером?»
Зазвонил мобильник. Быть может, Вера Сергеевна сама решила назначить мне свидание? Нет, это Светка.
— Вяч, ну не сердись! Ну, что ты, в самом деле? Зачем ты ушел тогда?
— Тебе было с кем провести время. А в групповухе я участвовать не собираюсь.
— Да какая групповуха? Андрей, между прочим, уже уходить собирался. Это мой одноклассник, мой старый друг. Я не приглашала, он случайно зашел. Ну что я его выгонять буду? Я ему сказала, что ко мне сейчас придет мужчина. Он и говорит, что когда придет, я уйду. У нас с ним ничего серьезного.
— А несерьезного?
— Ну, у нас игра такая. Давно, двенадцать лет уже, с десятого класса. Он онанист, понимаешь? Ему нравится, когда я смотрю, как он это делает. Иногда я ему даю кончить мне на грудь или на живот. А тогда, перед твоим приходом, я сидела, делала маникюр. А он сзади подошел и… короче, волосы мне испачкал. Пришлось голову мыть. Мы с ним ни разу не трахались, честно!
— Могла бы мне просто позвонить и сказать, чтоб я не приходил (а я бы остался у Веры Сергеевны), и ничего не рассказывать.
— Ага! Ты бы еще больше ревновать стал. Звала-звала, и вдруг — бац, не приходи! Сегодня придешь? Между прочим, я соскучилась!
Слаб я характером держать марку и сохранять гордость.
— Хорошо, подъеду. И за что я тебя только люблю?!
— Правда, любишь?
— Да!
— Сильно-сильно?
— Еще сильнее!
Пока я собирался, снова зазвонил мобильник. А это Вера Сергеевна.
— Вячеслав Серафимович?
— Да, я.
— Вы не могли бы сейчас подъехать к нам в офис? Вы расписались в договоре, но не поставили дату. А это очень важно. Наши юристы придираются, если документ заполнен разным почерком.
— Да, могу.
Так. Светка откладывается. Перезвонить ей? Ладно, потом. Если срастется с Верой Сергеевной, тогда позвоню.
Вера Сергеевна подала мне ручку (которой писать) и чуть не прижалась ко мне щекой.
— Вот тут, пожалуйста, — она ткнула сиреневым ногтем в графу.
Когда я возвращал ей ручку, она снова обожгла меня зеленоглазым взглядом. Тут я набрался храбрости и спросил:
— Вы до которого часа работаете?
— Вообще до шести. Но сегодня вечером я занята. Я позвоню вам. Завтра. Хорошо?
Она опять при прощании удерживала мою ладонь двумя руками, взгляд ее был томный, а голос грудной и тихий. И тут в кармане зазвонил телефон.
— Алло! Да, Свет, сейчас, скоро буду?
— Супруга? — поинтересовалась Вера Сергеевна.
Черт, машинально назвал Светку по имени.
— Нет, я пять лет как в разводе. Это так, знакомая. Обещал ей помочь картину повесить.
— Ну вот, видите. Вы тоже заняты. А завтра я позвоню, хорошо?
Светка на этот раз молчала, пока я целовал ее в прихожей. Только когда нес ее в кроватку, спросила:
— Ты где был?
— Так, в одно место надо было заскочить. Договор подписать.
— Как всегда с бабой?..
Больше я не дал ей сказать ничего. Заткнул ей губы поцелуем и срывал с нее одежды. А когда целовал ей грудь, она только часто дышала и уже сама не могла ничего говорить.
Я провел ладонью по ее животу, медленно подбираясь к бугорку Венеры, поглаживая его и поднимаясь обратно. Гладил пальцами внутреннюю сторону бедер, скользя вдоль по**вых губ, лишь слегка их касаясь. И делал это до тех пор, пока не почувствовал исходящий от Светки жар и нестерпимое желание. Лишь после этого ввел в вагину указательный палец, прижав его к большому, оставшемуся снаружи. Нежно сжимая лобковую кость, я погружал палец в глубины и снова возвращал его к устью, вибрируя и усиливая нажим. Светкины стоны переходили в крик, и по конвульсивным сокращениям влагалища я догадался о наступлении оргазма.
Интересно, понравились бы такие ласки Вере Сергеевне? Или она, как темпераментная женщина, предпочитает классический секс? Знал я таких: член, член и только член, и ничего, кроме члена. Исключительно животный трах.