Предисловие.
Катерина сидела на краю кровати, не в силах с места подняться. Ей думалось, что все произошедшее вчера было каким—то недоразумением, минутной вспышкой гнева или попросту приснившимся кошмаром. Она убеждала себя, что утром все прояснится: ее жених вернется домой с букетом цветов, извинится за сказанные сгоряча слова и, поцеловав тыльную часть руки, предложит все вернуть как было. Впрочем, можно ли его теперь называть женихом? Девушка внимательно рассматривала надетое на безымянный палец помолвочное кольцо. Еще три месяца назад, когда она сказала "да", это украшение было символом искренней и безмерной любви к ней. А теперь...? Теперь ей придется объясняться перед гостями, отменять ресторан и сдавать обратно купленное платье.
Холодный разум вторил, что все кончено. Не нужно ожидать какого—то чуда. Не нужно терзать себя надеждами. Просто так сложились обстоятельства. Никто ни в чем не виноват.
— Мы оба слишком сильно поспешили, — вспоминались ей слова Андрея, — Я не хочу водить тебя за нос или играть на твоих чувствах. Скажу прямо: кажется, я тебя не люблю. Мне встретилась другая женщина. И я хотел бы видеть свое будущее рядом с ней.
Он сидел напротив, не замечая празднично накрытого в честь годовщины их знакомства стола. Приглушенно потрескивали ароматические свечи, остывал только что приготовленный ужин. Катерина сидела в вечернем платье: темно—зеленом, с открытой спиной. В том самом, что было надето на ней в день первой встречи.
— Это какая—то шутка, Андрей? — дрожащим голосом спросила она. Впрочем, ответ был ей уже известен.
— Ты замечательная девушка. И я хотел бы сохранить теплые отношения между нами...
Это звучало как какая-то издевка. Нельзя сохранить просто "теплые отношения" с тем, кого ты искренне полюбил, с кем ты планировал свое будущее, от кого желал детей.
— А больше ты ничего бы не хотел...? — съязвила Катерина и отпила из бокала, — Хотя бы извиниться.
Мужчина мгновенно изменился в лице. Его мягкий и сочувствующий взгляд теперь обжигал своим холодным равнодушием.
— За что это, интересно, я должен извиняться? — отчеканил он, глядя на нее свысока, — За свою честность? За свою прямолинейность? За неподконтрольные разуму чувства? Может, ты предпочла бы быть обманутой? Вечерами придумывать мне оправдания, пока я провожу время с той, что оказалась мне действительно близка?
Девушка прикусила губу. Андрей был прав. Иллюзия счастливой семьи была ей дороже правды. Ей хотелось тешить себя сказками: сетовать на нагруженность на работе, на пробки, на что угодно, лишь бы встречать рассвет в одной постели.
— Ты мне изменил? — наконец спросила Катерина.
— При чем тут это? — повысил голос мужчина и резко подскочил с места.
— Просто ответить на вопрос, — настаивала девушка, — Ты мне изменил?
— Ты оглохла, что ли? — закричал тогда Андрей. Его реакция говорила о многом. Он изменил. И, скорее всего, не один раз. Но в глазах невесты, пусть и бывшей, не хотелось выглядеть уродом. Хотелось сохранить "теплые отношения". Но зачем? Неужели он рассматривал ее в качестве запасного варианта?
— Я тебя прощаю, — как можно спокойнее ответила Катерина и сделала еще один глоток, — Попробуй мясо по—французски. Я очень старательно его готовила.
На мгновение кухня утонула в тишине. Андрей был сражен такой реакцией. Он был готов к слезам, к обвинениям, к мольбам, но такое демонстративное равнодушие...? Она его прощает? Что это вообще значит? Она ему тоже изменила? Или, может, просто не любит его?
— А вот я тебя не прощаю, — он ударил кулаками по столу. Еще немного, и попал бы по тарелкам, разбив их вдребезги.
— Какая досада, — ответила Катерина и приступила к разделыванию мяса.
— Ты надменная, глупая и совершенно не умеешь держать за зубами язык! — продолжал он срываться на крик.
— Зато ты молчун еще тот. Будь добр, передай мне соусницу.
Еще раз ударив по столу, мужчина ушел прочь. Девушка же продолжала разделывать мясо, хоть ее тошнило от одного только вида еды. Андрей ей изменил. И ладно, закрыть глаза на измену не так уж трудно. Тело — есть тело. Грош ему цена. И секс мужчины воспринимают чуть иначе. Для них не обязательно что—то чувствовать к партнерше, чтоб залезть к ней под юбку. Но сердце... сердце должно было принадлежать ей.
Катерина сидела на краю кровати. Вслушивалась в тиканье часов. Вот прошла уже ночь. Прошло утро. И даже обед. Она простила Андрею измену. А он все равно ушел. Неужели действительно кого-то полюбил?
Послышалась знакомая мелодия. Телефон оповещал хозяйку о входящем вызове. На экране всплывал знакомый номер и подпись "мама".
"Как там поживает моя невеста?" — наверное спросит она. Всегда так спрашивала. Теплые и доверительные отношения привели к очень частым созвонам. Тем более теперь, когда приходилось обсуждать столько организационных моментов. Но Катерина не спешила отвечать. Она просто не знала что ответить. Хорошо? Ужасно? А я больше не невеста? Прости, перезвоню чуть позже, я немного занята?
Девушка тяжело вздохнула. Ей не хотелось спешить с выводами и делать каких-то публичных заявлений. Будь Андрей так радикально настроен — он бы сам во всеуслышание отменил бы роспись, разве нет?
"Если только не решил хлопоты объяснений свалить на мои плечи", — думалось ей.