Нищий
Проигравшийся
Фартовый
Вернувший
Потерявший
Вновь вернувший
В маске
Настоящий
Обманувший
Обманутый
Не спящий
И заснувший
Как хам люблю тебя
И равнодушно
Чуть тише
Вдруг неистово и больно
В случайной встрече
Попрощавшись
Не обнявшись
Люблю тебя
Пронзительно
И головой об стену
Возможно сложно
И тревожно
С печалью в голосе
С улыбкою
По нотам
И снова шепотом
Дыханием
По коже
Нежно
Осторожно
Когда уже не нужно
Невозможно
Я все равно
Люблю Тебя…
Поверь
Мне можно…
При своих
Она проснулась внезапно. Так, словно сон вытолкнул её из своих оков. Словно кто-то позвал. Но вроде ничего и не снилось. Вроде… Да, нет – точно не снилось…
Она села на постель и растерянно огляделась.
Всё как обычно. Всё на своих местах. Муж спокойно спит рядом, тихо посапывая. Спальню заливает лунный свет, наталкивающийся на преградившие его сияние предметы, тени от которых абстрактным чёрно-фиолетовым узором разукрасили стены и пол.
Она выскользнула из-под одеяла и, мягко ступая, чтобы не разбудить мужа, подошла к окну, возможно, надеясь там – за окном – найти ответ на внезапное своё пробуждение. Но за окном лишь луна грустно разглядывала обычную улицу обычного спального района, погруженного в ночной сон. Лишь иногда припозднившиеся автомобили нарушали тишину, шелестом шин отражаясь от серых стен одинаковых домов.
Она прошла на кухню, выпила стакан воды и закурила, снова подойдя к окну.
Она чувствовала непонятный зов внутри себя. Неясный, неразборчивый, похожий на расстроенный транзистор, вживлённый в самую голову. С пробуждением зов не только не прекратился, а всё больше и больше усиливался. Сердце заходилось в груди всё сильней и сильней как бывает при беспричинной тревоге.
Она заглянула в детскую спальню. Пятилетний сын, откинув как обычно одеяло, спал, свернувшись калачиком. Она потрогала на всякий случай его лоб и укрыла одеялом.
Вернувшись в кухню, включила чайник и взяла в руки телефон. Может что у родителей? К телефону подошла сестра и сонно поинтересовалась:
– Алле, кто это?
– Привет, это я.
– Ты чего? Случилось что?
– Да нет. Всё нормально. Я хотела узнать: как у вас?
– Ты с ума сошла?! – по-родственному возмутилась сестра. – Время знаешь сколько?
– Догадываюсь.
– С утра не могла поинтересоваться? Спят уже все.
– Если я за вас волнуюсь мне для этого время подбирать надо что ли, да?!
– Нет, ну… – сестру смутила весомость аргумента. – Извини, конечно, но поздно же.
– Да я понимаю. Но ты мне можешь просто сказать: у вас всё в порядке?!
– Да нормально вроде…
– Вроде?
– Да нормально, нормально всё! Не переживай. Что это ты? Приснилось чего?
– Да нет. Просто как-то тревожно на душе, понимаешь?
– Понимаю. А у тебя самой-то там всё в порядке?
– Да всё как обычно. Вот только… – Она замолчала.
– Что?! Что «вот только»?! – забеспокоилась сестра.
– Да не знаю. Проснулась что-то и не пойму в чём дело.
– Бывает. – Ты уж извини, что разбудила.
– Да ладно! Тебе можно.
– Спасибо! Спокойной ночи!
– И ты иди спи.
– Хорошо, попробую.
Она положила трубку и прикрыла глаза, как бы стараясь заглянуть в себя: откуда это волнение? Но оно не проходило, а значит – не уснуть.
Она бросила в чашку по ложке растворимого кофе и сахара и залила кипятком. Размешав, сделала несколько глотков и снова закурила. Выкурив полсигареты, затушила окурок в пепельнице и, приняв решение, вышла из-за стола.
Она пошла в ванную комнату, приняла душ, навела лёгкий макияж и отправилась в спальню за одеждой. Взяв из гардероба первое попавшееся платье, свежее бельё и колготки, удивлённо про себя подумала: «Что я делаю?» Но ответить ей никто не мог, потому что муж никак не реагирует на нарочитый шум. Она внимательно посмотрела на него. Спит. Крепко спит.
Она вышла из спальни. В гостиной со всех сторон осмотрела тёмно-серое шерстяное платье, на мгновенье задумалась, за тем сама себе кивнула, как бы соглашаясь с выбором.
Одевшись, подошла к зеркалу. Наклоняя голову то вправо, то влево, при этом по очереди выставляя то правое, то левое бедро и расправляя узкими ладонями облегающее тело платье, внимательно посмотрела на своё отражение и, оставшись довольной, взбила волосы на голове и «поправила губы». После чего обула сапоги, накинула сверху чёрное пальто и, бросив в сумочку пятьсот долларов, вышла из дома.