– Нет, родной мой, просто не выспалась, – успокоила его мама, разглаживая рыжие кудри, слипшиеся после сна.
– Правда? – не поверил ребёнок.
– Правда, – соврала мать, при этом подумав, что, возможно, она и в правду не выспалась из-за дурного непонятного сна – от того и глаза слезятся, и муж спокойно собирается на работу, и деньги все на месте, и одета она сейчас потому, что собралась отвести ребёнка в садик. Всё просто приснилось, от того и не осталось в памяти ни лица, ни голоса и на кухне их всех ждёт завтрак.
Она вытерла тыльной стороной ладони слёзы, размазав по лицу тушь, и, поцеловав сына в рыжую голову, сказала:
– Иди одевайся-умывайся, а я вам пока завтрак приготовлю, ладно?
– А ты никуда не уйдёшь? – почему-то спросил мальчик, обхватив ногу матери. Она прижала его к себе и погладила по голове, роняя ему на кудри вновь нахлынувшие слёзы.
– Ты что, глупый? Куда ж я от вас уйду?
≈≈≈
Он, не раздеваясь и не разуваясь, прошёл в кухню, выложил из пакета на стол сделанные покупки, после чего поставил на плитку турку с оставшимся в ней кофе.
Усталости не чувствовалось, спать не хотелось.
Он открыл коньяк и сделал пару глотков прямо из горла. Поставив бутылку на место, немного подумал и открыл торт-мороженное. Поддел ложечкой кусочек, попробовал, покачал головой, оставшись довольным, и вновь приложился к коньяку; развернул шоколад, отломил плитку и отправил её в рот, затем взял чашку и налил в неё кофе; сел на своё любимое место у окна, закурил и принялся наблюдать просыпающийся двор.
Возможно, он так же сейчас просыпается вместе с домом, сбрасывая с себя остатки сна с помощью первой чашки несвежего кофе и порции коньяка с мороженным, пытаясь задержать в памяти то ли случившееся, то ли приснившееся, острыми осколками впившееся в самое сердце, в самую душу, в глубине которой засела необъяснимая уверенность в том, что это всё не случайно. Странное чувство, которое, наверное, пройдёт, как и любое наваждение.
А, может быть, и не пройдет…
– Ты чего не спишь? – услышал он тихий, словно боящийся ещё кого-нибудь разбудить, голос жены. Мужчина повернул голову в её сторону. Жена стояла в дверном проёме, пытаясь вдеть руку в шёлковый халатик. Обдумывая, что ответить, он смотрел на неё. Не найдя, что тут можно ответить, так же тихо спросил:
– Ты чего босиком? Простудишься.
Наконец, вдев руку в рукав, жена запахнула халат и вошла в кухню. Глянув на стол, она как будто не удивилась.
– Не простужусь. А ты почему не разулся?
– Они чистые.
– «Чистые они…», – передразнила жена. Она хотела ещё что-то добавить, но он опередил её своим предложением:
– Коньяк будешь?
– Я только проснулась, а ты меня уже спаиваешь. Кофе пару глотков – не откажусь, остался? – жена взяла его чашку и сделала из неё пару глотков. – Остыл уже. Невкусно.
Затем попробовала торт.
– Ммм, а тортик нормальный.
– Ешь, – улыбнулся Он, глядя на неё.
– Не хочу пока. Дай лучше на коленки залезу.
– Залезай.
Жена села к нему на колени, обняла и прижалась щекой к щеке.
– Холодный. А где ты был?
– За сигаретами ездил, – ответил Он, вдавив в пепельницу окурок.
– А это всё на сдачу дали? – жена кивнула на стол.
– Кстати, да, – усмехнулся муж, – угадала.
– Я такая…
Он прижал жену покрепче к себе и уткнулся носом в её шею, вдыхая ещё не смытый водой запах просыпающегося тела, с удивлением обнаружив, что какая-то новая нота, еле уловимый нюанс, вмешалась в его восприятие такого до боли знакомого, родного аромата. Осколок ночного наваждения зацепился за обоняние.
– Я проснулась, а тебя нет. Так испугалась. А если бы я проснулась немного раньше?
– Извини.
– «Извини…» А вот и не извиню, – нарочито по-детски, прошептала жена, при этом, сильнее обняв мужа.
Так они сидели какое-то время.
Просто обнявшись и ни о чём не думая.
Просто проснувшись.
Просто – новый день…
– А всё-таки: где ты был? – наконец проснулось чисто женское любопытство.
– В казино, – честно ответил Он.
– В казино?
– Да.
– А почему меня с собой не взял?
– А ты бы поехала?
– А тебе пришлось бы меня будить?
– Да.
– Вряд ли, – немного подумав, ответила женщина.
– Вот я и не стал.
– Ну и правильно сделал. И как поиграл?
Он вздохнул, вспомнив прошедшую ночь:
– При своих, милая, при своих…
Баллада странника