Интересно то, что весь аудио-комплект мне достался даром, а вот за установку мастер взял две с половиной «зелени», объяснив тем, что, кроме прочего, пришлось наращивать провода, потому что изначально аппаратура предполагалась в маленький «мерс», а заселять ее пришлось в большой «бумер». На мой взгляд, даже если нарастить платину, то должно было еще остаться мне на браслет и моей девушке на серьги с кулоном. Думаю, мастер меня развел, хотя сделал все на совесть.
Да и не стоит быть таким жлобом, коль скоро весь этот Technics мне достался даром. С другой стороны, мастер не знал об этом. Но его ход мыслей тоже вполне обоснован: раз этот тип отвалил столько бабла за эту дискотеку, то за работу с него точно не убудет.
Как ни крути, а все «за так» не бывает в принципе – мы, так или иначе, всегда за все платим. Закон равновесия никто не отменял.
И вот теперь яростный перебор одного из лучших гитаристов планеты схватил меня за ухо, потрепал слегка и выкинул всю чушь из головы. Ушел да ушел – эка невидаль! Надоело, расхотелось, потянуло к своей девушке, ведь она мне, фактически, хоть и гражданская, но – жена. А я могу, в конце концов, провести ночь со своей женой, а не с длинноногой куклой, которую, возможно, при виде обнаженного мужчины столбняк хватит, и остаток ночи придется возиться с сучковатым бревном, которое отпустили «колеса».
Бывают, конечно, и тут исключения, но всегда – орлянка. А еще это утреннее угрызение совести и чувство вины в чужом душе, которое вытираешь незнакомыми полотенцами, почему-то всегда похожими и заранее приготовленными.
Угрызения совести придется сглаживать через ювелирный…
И все-то мы знаем, и все понимаем, но – один черт – нанизываем очередное разочарование, словно бусинки на нитку, вместо того, чтобы отдать нерастраченное еще тепло той, которая рядом с тобой уже не первый год, и мы знаем друг друга как никто другой, пережив не один кризис и расставания, но, в итоге, приняли все как есть, соблюдая определенные правила игры.
А, может быть, это все уже давно не игра и так оно и должно быть? И, если так, мне надо приехать и сделать ей предложение. Типа, детка, мы давно знаем друг друга, любим и все такое – давай распишемся, что ли… как там, вообще, это делается?
Что за чушь в голову лезет? Поеду-ка я и правда домой.
При выезде со стоянки на Беговую меня приветствует взмахом жезла бдительный инспектор ГАИ. Видно, недавно подъехали. Еще довольно рано, чтобы ловить подвыпивших плейбоев и снимать свою долю с оставшихся после клуба карманных денег. Столбят. Все везде одно и тоже…
Опускаю стекло и жду приближающегося вразвалочку инспектора.
– Инспектор Мммннмв, – козыряет мне инспектор, носящий, как и все его коллеги, одну и ту же неразборчивую фамилию. А, может быть, они там все, действительно, братья? Клан, захвативший все инспекторские должности в Управлении ГАИ Москвы, так сказать, семейный подряд в униформе с палочкой в руках. Все может быть! Я ведь редко смотрю телевизор, а там, возможно, уже рассказывали про эту семейку в каком-нибудь шоу, типа, «Это такая фамилия!» То-то они все похожи и ростом, и сложением. – Ваши документики, пжалуста!
Подаю в окно «документики» и начинаю прикидывать во сколько мне обойдется вернуть их обратно. Давно заметил одну особенность: если документы называют «документиками», то речь определенно движется в сторону полюбовного соглашения. Инспектор с помощью уменьшительно-ласкательных суффиксов старается показать, что все это – так, глупая формальность, просто нелепость какая-то, пережиток коммунистического прошлого, атавизм, можно сказать, на пути нормальных товарно-денежных отношений, но «семья», если и не борется с этим в открытую, то всем своим видом показывает, что ни во что не ставит, предпочитая самим решать, как зарабатывать на жизнь с помощью жетона и жезла.
– Спиртное употребляли?
– Да, немного, конечно, но зачем буду врать? – меня неумолимо тянуло, если не домой, то в одиночество, или наоборот – тут я так и не решил, и поэтому в ответ на вежливое предположение даю прямолинейное подтверждение. – Не смог удержаться, чтобы не попробовать коктейль за 20 долларов.
– За 20 долларов?! – удивляется инспектор, доверительно наклонившись к окну.
– Угу.
– Ну, и как коктЭйл?! – именно так он и спрашивает, подменяя «е» на «э» и расширяя до таких пределов, что одна «й» уже не может справится, а на смягчение слова не остается сил.
– Да так… слишком много шику. Да Вы сами-то попробуйте.