Журавль над Москвой, родная моя – это не чудо.
Это лишь напоминание огромному мегаполису, что есть и жива еще мечта, а вот Ты в Москве, в этой стране, на этой земле, во всей этой, мать ее, солнечной системе – вот что, действительно, настоящее чудо, не вместившееся в рамки нашей бескрайней Вселенной, медленно бредущей вдоль Млечного Пути, усыпанного серебряными монетами, в поисках потерянного Маленьким Принцем счастья, которое мы нашли в этой комнате с белым потолком и нарисованным за окном небом и облаками, похожими на барашек из детских книжек, и зависшим над Москвой белым журавлем, летящим прямо на радугу…
И одно лишь меня смущает: так и не смог объяснить тебе как
я Тебя люблю…
Плач
Все замерло
Остановилось
В душе и сердце пустота
И вроде все не изменилось
Весна приходит как всегда
Торопятся куда-то люди
Снуют такси
Полно метро
Красиво девушка застыла
Кого-то увидав в окно
Выходит солнышко несмело
Пытаясь оправдать апрель
На каждой улице природа
В асфальт роняет акварель
А я смотрю на крест безмолвный
В цветах последняя постель
Дождь перемешивает слезы
Две даты
Выход в параллель
Увенчана последним фото
В глазах застывшее добро
Все на тебе остановилось
А остальное – все равно
Вдруг потерялось чувство страха
Дни скорби лезут на печаль
Весенний дождь
Мой плач у праха
Твоя последняя мораль
Мне не понять причуды Бога
Как не понять, что нет тебя
Что ты не встретишь на пороге
С улыбкой только для меня
Что не попросишь ночью сказку
Не проболтаем до утра
Потом заснём в рассветной ласке
Во сне увидим острова
Проснувшись, ты надуешь губы
А я спрошу: «Чего, малыш?..»
А ты с обидою не грубой:
«Ты очень крепко, милый, спишь…
А я по радуге гуляла
Пинала в небе облака
Птиц перелетных повстречала
Летели к нам издалека
Поговорила даже с ветром
Он очень на тебя похож
И долго шла за лунным светом
Но это ты потом поймёшь
Поймёшь, что нас с тобой венчали
Не ЗАГС, не церковь, а судьба
Что мы не просто повстречались
А повстречались навсегда…»
И ты права была, родная
Мой Ангел, посланный с небес
Я недостоин был и знаю
Ты за любовь пошла на крест
И Бог забрал тебя в невесты
С тобой по радуге гулять
По мне Он поступил нечестно
Но где уж Бога мне понять
В тебе таилась Его сила
И это мне не позабыть
Так только ты одна любила
Так только ты могла любить…
Все замерло
Остановилось
В душе и сердце пустота
И вроде все не изменилось
Но изменилось навсегда…
Последний Город
Странник шел по Последней Дороге, приближаясь к Последнему Городу, в котором должны окончиться его странствия, начатые не однажды и продолжавшиеся не одну жизнь.
Он шел там, где никогда не был, но все было до боли знакомо, за каждым поворотом – дежа-вю. Но его уже ничто не удивляло, как не удивляет того, кто все теряя, все обретает.
Когда приходит понимание того, что вся мудрость мира может померкнуть перед одной лишь встречей, которая ждет впереди. Когда никакая ласка не сравнится с одним лишь прикосновением, а услышанный голос окрасит знакомые слова в новые тона.
Он знал, что в конце пути исполнятся сны, а мимолетные встречи сложатся в одну картину, которую невозможно будет ни разорвать, ни потерять, ни стереть ластиком.
Он идет туда, где никогда не был, но откуда ушел, чтобы потом искать дорогу обратно.
Он знал, что именно там понимание и радость, именно там кончается одиночество, а поломанная душа вновь станет цельной.
Там, где ждут…
Там, где любовь…
Там, где кончаются странствия…
Когда странник подошел к воротам Последнего Города его встретил юноша.
– Почему так тихо? – спросил странник.
– Все ушли из Последнего Города, – ответил юноша.
– Почему?
– Они считают, что этот город не может быть последним и Последняя Дорога не может быть последней, потому что путь бесконечен.
– В какой-то степени они правы… – произнес странник, подумав, при этом, что, лишь пройдя бесконечность, понимаешь, что все кончается там же, где и началось. – А почему остался ты?