Глава 17. Макар
Нельзя.
Нужно оторваться.
Прекратить все это.
Просто необходимо.
Но тело отчаянно сопротивляется.
Оливия…эта девушка - чистое безумие, концентрированный яд, медленно проникающий в каждую клетку.
Ее аромат сводит меня с ума.
Ее губы сводят меня с ума.
Чувствую, как контроль ускользает, растворяясь в нахлынувшей страсти.
Резким, но несильным, движением притягиваю Оливию ближе, ощущая, как ее тело податливо прижимается к моему, и прижимаю к стене балкона. Поцелуй становится глубже, требовательнее, и Оливия не противится, лишь обвивает мои плечи руками, словно и сама тонет в этом омуте.
Мир сужается до этих губ, до этого момента. Лишь когда воздух становится необходимым, мы отрываемся друг от друга, и тишина взрывается нашим хриплым дыханием.
Сердце колотится так оглушительно, что заглушает все остальные звуки. Губы горят, требуя продолжения. Встречаюсь взглядом с расширенными, мечущимися зрачками Оливии.
Осознание накрывает волной.
Это неправильно. Этого не должно быть. Но это так…притягательно, так соблазнительно.
Нежным касанием провожу по ее щеке, ощущая мягкую и бархатистую кожу под кончиками пальцев. Легкое движение - и ее подбородок оказывается в моих руках. Приподнимаю ее лицо, лишая возможности сопротивляться. И снова - взрыв. Все мутнеет, и я накрываю ее губы своими.
Безумие.
Я знаю это.
Понимаю, что должен остановиться. Но это сильнее меня.
Проклятый алкоголь, освободивший зверя внутри. Он туманит сознание, но обостряет чувства, превращая меня в раба соблазнительного желания.
Шум ветра за окном смешивается с пьянящим ароматом ее духов. Пытаюсь ухватиться за остатки самоконтроля, но с каждым вздохом Оливии, с каждым ее прикосновением, это становится сложнее. Ее пальцы перебирают мои волосы, легкие стоны срываются с ее губ, возбуждая и сводя с ума.
Уже не я контролирую ситуацию, а нахлынувшая страсть управляет мной, словно марионеткой. Ощущаю себя пленником в лабиринте, из которого нет выхода. И, честно говоря, не уверен, что хочу его искать. Каждое прикосновение, каждый поцелуй словно самый мощный афродизиак, вызывающий зависимость, которую невозможно утолить.
Мне нужно остановиться.
Но как?
Как это сделать, если мягкие и тихие стоны Оливии сводят меня с ума? Как остановиться, когда ее губы целуют мои нежно и робко?
И тут, словно вспышка молнии посреди ночи, память подбрасывает мне ту проклятую фотографию, которую я увидел, когда оглядывал квартиру. Она, смеющаяся, абсолютно счастливая…и он, обнимающий ее. Этот кадр отчетливо застревает у меня в голове.
Что-то щелкает внутри. Резко, и, кажется, неожиданно болезненно.
Неужели история повторяется? Я что, снова иду по тому же кругу, наступая на одни и те же грабли? Снова буду всего лишь временной заменой, пока Оливия окончательно не вернется к своему парню?
Щелчок.
Еще один.
Кажется, это остатки разума отчаянно пытаются пробиться сквозь пелену страсти и возбуждения. Нужно остановиться. Потому что, кажется, я совершаю ошибку. Снова.
Оливия продолжает меня целовать. И я чувствую…ничего. Точнее, не то, что должен чувствовать. Больше нет той животной страсти, той обжигающей химии. Осталось лишь осознание собственной глупости.
Отрываюсь от ее губ, слыша ее разочарованный вздох. Смотрю в ее глаза, пытаюсь найти в них намек на здравый смысл, но то, что она тоже понимает, что это все неправильно. Но вижу лишь отражение своего собственного безумия.
Осторожно отстраняюсь, делая шаг назад и немного качаясь. Мне нужно пространство, чтобы прийти в себя.
– Лив…– шепчу едва слышно, не зная, что сказать.
Она смотрит на меня, не говоря ни слова. В ее глазах вопрос, молчаливое требование решить, что будет дальше. Я теряюсь в этот момент, разрываясь между желанием и отвращением.
Молчание затягивается, становится почти осязаемым. В груди нарастает тяжесть, смешанная с горечью осознания. Я - идиот.
Вот какой же я идиот.