– Вы так и не поговорили? – уточняет Яна, тоже отстраняясь от меня, но я чувствую ее руки на своей спине.
– Нет, – отрицательно мотаю головой. – Когда он сказал, что практически ничего не помнит, я не стала спрашивать. Да и зачем? Правда, зачем? Зачем мне все это? Да меня мама просто прибьет, если узнает, что у меня парень появился. После ситуации с Петей она и слушать не хочет.
Девочки знают про мои непростые отношения с матерью. А Яна вообще была свидетелем моей семейной драмы, когда я расставалась с Петей. Все было непросто, и мама встала на защиту парня, не мою. Она просила, нет, требовала, чтобы я одумалась и возобновила отношения. Петя все простит.
Простит что?
Я ни в чем не виновата, но маме это было уже не доказать. Наверное, это стало последней каплей моего терпения, и что-то внутри меня раскололось, оставляя последние надежды на выстраивание нормальных отношений с собственной матерью.
– Олли, – Яна обнимает меня за плечи. – Все будет хорошо. Мы рядом.
– Поддерживаю, – Алена тут же присоединяется к нам.
– Сила трех? – натягиваю улыбку, хотя к глазам подступают непрошеные слезы.
– Сила трех, – одновременно произносят девочки и обнимаю меня еще крепче.
Я прикрываю глаза, наслаждаясь их теплом и поддержкой. Как же сейчас это необходимо. Наслаждаюсь этим моментом, отгоняя прочь все тревожные мысли. Но они настойчиво возвращаются, как назойливые мухи. По-хорошему, я должна выбросить все из головы. Забыть. Но воспоминания о поцелуе преследуют меня. Это было так…волшебно. И страшно. Я никогда раньше ничего подобного не испытывала.
Наверное, я слишком много читаю романов со счастливым концом, где каждая главная героиня находит своего героя. Но в жизни все далеко не так. И влюбленность не всегда взаимна. Это больно, но жить можно и нужно дальше.
Настойчивый дверной звонок вырывает меня из моих же размышлений, и мы с девочками переглядываемся.
– Ты кого-то ждешь? – настороженно спрашивает Яна.
Я отрицательно мотаю головой.
Глава 20. Оливия
Я встаю и иду в сторону двери.
Только в начале недели Макар вламывался пьяный, а сегодня кто? Второй раз за неделю - это перебор для моей спокойной жизни.
Встаю на носочки и в глазок вижу троицу: родители и Тема. Я удивленно продолжаю смотреть, потому что их появление - сюрприз, никто ничего не говорил о визите.
Когда я слышу очередной настойчивый звонок, тяжело вздыхаю и открываю дверь, натягивая дежурную улыбку.
– И почему так долго? – сразу нападает мама.
– И тебе привет.
– Ну что ты, Катя, говоришь такое? Ничего недолго, – папа целует меня в щеку и проходит вслед за родительницей. – Привет, дочь.
– Привет, пап, – отвечаю я и встречаюсь взглядом с Темой.
– Привет, сестренка, – он застает меня врасплох неожиданными объятиями. – Прости. Прости. Мы должны были пойти в ресторан, но в последнюю минуту мама передумала. А у меня, как назло, телефон сел, чтобы предупредить, что мы идем к тебе.
Я отстраняюсь и понимающе киваю.
– Ничего.
– Здравствуйте, – раздается мамин укоризненный тон.
– Ты не одна? – спрашивает брат, продолжая говорить шепотом.
Я отрицательно мотаю головой.
– Яна и Алена тут.
– Ауч.
Мы обмениваемся сочувствующими взглядами и оба проходим вглубь квартиры.
– Девочки, привет, – Тема игриво машет ладонью.
– Привет, – отзываются подруги.
Я тут же слышу тяжелый вздох мамы, и, кажется, мои девочки тоже. Яна приподнимает бровь, но ничего не говорит. Она уже давно привыкла к маминому поведению и старается не реагировать.
В комнате повисает тишина, и я поджимаю губу, мучительно ожидая, что будет дальше.
Папа привычно молча проходит к островку и садится на высокий стул. Тема продолжает стоять рядом, словно защищая.
А мама…а мама опирается двумя руками о край островка и смотрит на девочек на диване.
– С минуты на минуту привезут ужин, – объявляет она строгим голосом. – Это последний семейный ужин перед нашим с Андреем отъездом.