– Какие деньги? – парень удивленно смотрит на меня.
– Которые они давали мне на жизнь. Я ведь еще сама не зарабатываю.
– И много?
Я пожимаю плечами.
– Не знаю. Но я уже какое-то время откладываю присланные родителями деньги. Чувствовала, что рано или поздно наши отношения с мамой окончательно испортятся.
– Тогда как ты живешь? – в голосе Макара слышится искреннее беспокойство.
– За счет Артема, – грустно отвечаю я. – Это его квартира. Сам он живет в соседнем доме. Родители до сих пор думают, что мы живем тут вдвоем.
– Поэтому здесь есть мужские вещи? Для вида?
– Да. Тема мне помогает и говорит, что будет помогать, пока я не устроюсь на работу и не смогу обеспечивать себя сама. Я очень надеюсь, что это произойдет скоро, – скрещиваю пальцы в знак надежды.
– У тебя все получится, – спокойно говорит Макар, и ему хочется тут же верить. – Ты способная. Работа в отделе Даши тебе обеспечена.
– Ты так думаешь?
– Однозначно.
Я улыбаюсь. Мне нравится слышать похвалу от него. Я сразу чувствую себя значимой.
Макар наклоняет слегка голову в бок и подпирает щеку рукой, смотря на меня своими глазами. Эти невозможные голубые глаза… В них хочется тонуть, как в самом глубоком океане, и я уверена, что сейчас они изучают меня, каждую мою черточку, и это сводит меня с ума.
В животе порхают какие-то совершенно безумные бабочки. Хочется рассмеяться, закричать, спрятаться под стол или все одновременно. И еще…еще безумно хочется, чтобы он продолжал смотреть. Потому что я знаю, чувствую каждой клеточкой своего тела, что это - что-то особенное. И от этой мысли внутри меня разливается такое тепло, что я готова растаять, как сахар в горячем кофе.
Идиллию разрушает сигнал таймера на панели духовки. Макар встает и берет прихватки, направляясь к ней за едой. Пока он ловко вынимает из духовки большую форму с аппетитным мясом и картофелем, я расставляю тарелки и приборы.
Макар раскладывает еду по двум тарелкам и подливает мне еще немного вина. Аромат запеченного мяса, смешанный с легким запахом специй, наполняет кухню. Румяная корочка картофеля выглядит невероятно аппетитно, и я чувствую, как желудок начинает требовать свою порцию.
Некоторое время мы едим молча, наслаждаясь вкусом. Мясо оказывается нежным и сочным, а картофель - хрустящим и ароматным.
– Очень вкусно, – говорю я, искренне улыбаясь. – Спасибо.
– Рад, что тебе понравилось, – отвечает Макар, смотря мне прямо в глаза. Он задерживает на мне взгляд, в котором читается что-то теплое и нежное, отчего по моей коже пробегают мурашки.
Я потягиваю красное вино и наблюдаю за тем, с какой грацией Макар отрезает кусочки стейка. От выпитых бокалов расслабление растекается по телу, а язык словно сам собой развязывается.
Отрываю взгляд от тарелки и пристально смотрю на Макара. Он тут же замечает мой взгляд, усмехается и спрашивает:
– И чего это ты так на меня смотришь, Лив?
Я решаю не ходить вокруг да около.
– Почему ты пригласил меня на ужин?
Уголки его губ приподнимаются в хитрой улыбке.
– Вообще-то, в теории, это ты меня пригласила на ужин. Я же предложил сходить в кино.
Я направляю на него вилку.
– Не переводи тему, Макар.
Он шутливо поднимает ладони в знак капитуляции.
– Ладно, ладно. Ты права. Инициатором был я, – отвечает он и замолкает.
Я не свожу с него глаз, ожидая продолжения. Наверное, понимая мои намерения, Макар кивает и смеется.
– Я понял, понял. Только перестань так на меня смотреть. Я же смущаюсь!
Я лишь мотаю головой, но улыбка все равно появляется на моем лице.
– Если честно, Лив, – он делает паузу. – Если честно, то я не знаю. Хотя нет, знаю.
В этот момент в его взгляде появляется какая-то решимость, от которой внутри все переворачивается. Я, кажется, задерживаю дыхание, потому что одновременно хочу услышать, что он скажет, и боюсь этого. А что, если мне все это показалось? Глупо, конечно, тогда звать на ужин или даже в кино, если к человеку ничего не чувствуешь. А может, я просто наивная дурочка, которая хочет верить во что-то светлое и хорошее?