- Закажи себе поесть. За мой счёт.
- Я не голодна. Давайте лучше обсудим, что будет со мной дальше. Я очень боюсь за своего ребёнка, а еще у меня есть мама, и ей Романов тоже угрожал. И я за них, очень переживаю, понимаете? Поэтому я бы хотела сперва урегулировать все эти вопросы, а потом уже смогу спокойно поесть..
- Шустрая ты.- Камранов вздохнул. - Ну хорошо, будь по-твоему. Хочешь обсудить, давай обсудим. Только знаешь, дорогая, делать это в том же ресторане, в котором обедает твой бывший начальник со своей будущей женой, мысль не самая здравая, знаешь ли... Лучше бы это отложить.
Да, наверное, он все-таки прав. Я сама об этом как-то не подумала. Слишком была напряжена.
- Я понимаю, но тогда как...
- Сейчас ты выйдешь из этого ресторана, и мой человек отвезёт тебя в мой загородный дом. Там ты и твой ребенок будете в полной безопасности. Отдохни, прими ванну, расслабься. Поешь. А я пока обдумаю, как нам поступить с тобой дальше.
- А как же моя мама?
Вдруг Романов прямо сейчас отдал распоряжение похитить ее и причинить ей вред? Он ведь обещал это сделать в том случае, если я не буду достаточно послушной и сделаю что-то не так.
Вдруг он и правда, поступит с ней плохо?
- Звони ей. - он передал мне свой телефон, хотя это было странно, ведь у меня имелся свой собственный. - Пусть собирает свои вещи. Мой человек приедет за ней, и отвезёт в тот же дом, что и тебя. Пока что поступим вот так.
В его присутствии, я позвонила матери, попросила её собрать вещи, после чего скомкано простилась. Мама была недовольна конечно, но новость о возможном переезде восприняла спокойно. Даже меланхолично.
Я вздохнула. Сейчас себя чувствовала немного лучше, но знала, что все еще не кончено и Романов так легко не отступит. И расслабляться пока не стоит. Но все же немного успокоилась, ведь в любом случае, у меня хотя бы появилось время.
- Хорошо. Спасибо вам, Алмаз Тимурович. Я вам очень благодарна! Даже не представляете насколько сильно!
- Пока не за что. - хмуро ответил он. - И это не ради тебя, Смирнова, ты мне неинтересна. Это все из-за Романова. Это он виновник торжества. Нравится мне, сбивать спесь с этого напыщенного гордого барана.
- Но все равно!
- Иди уже. И молись, чтобы я не передумал, Смирнова, ведь ещё до конца не решил, нужно мне все это или нет.
- Да, я пойду. Хорошего дня!
Адреналин так шкалил в крови, что я насильно заставляла себя быть спокойнее. Боялась что это может быть опасно для ребёнка, и поэтому не могла рисковать. Не хотела ему навредить. Успокаивала себя.
Но мысли как блохи, перепрыгивали с места на место, и когда я успокаивалась, думая что Алмаз Тимурович о нас позаботиться, вспоминала его слова о том, что пока еще ничего не решено. Вдруг он решит взять свои слова обратно? Ведь Романов нас со свету сживет.
Надо было успокоиться, взять себя в руки, но я никак не могла. Дошло до того, что даже низ живота уже начал поднывать, а когда по пути к дому Камранова, проезд по дороге нам перегородил огромный чёрный внедорожник, мне небо в овчинку показалось ведь от всех переживаний, я начала терять сознание. Чёрные точки закружились перед глазами, и я в итоге совсем потеряла сознание.
Глава 3
В сознание пришла слишком резко. Яркий свет из окон настойчиво забивался в глаза, запахи каких-то лекарств хоть и не щекотали ноздри, но были какими-то контрастными, и ещё холодный шелк больничных простыней холодил кожу. Ни с чем не передаваемые ощущение, ведь ощутив это на себе я тут же поняла, что нахожусь в больнице.
Тихо открыла глаза и медленно села в кровати. Но тут же чуть не упала обратно, встретившись с прищуренными угольками глаз Романова. Пульс моментально ускорился в груди, а по спине побежал неприятный холодок. Ведь если мы вдвоём в этой больнице, это ведь может означать, только одно..
- Что с моим ребёнком?! - без обиняков, резко уставилась в лицо Романова. - Что ты сделал Максим? !
Дрожь пробежала по телу, и я резко прижала руки к животу, в тщетных попытках понять, сделал он то,
что хотел или нет.
Романов ничего не ответил, продолжая жалить меня ужасающе-ненавидящим взглядом из под темных бровей. Он все смотрел и смотрел, словно хотел прожечь дыру, и чем больше растягивалось ожидание, тем мне становилось страшнее.
- Макс! Скажи, что ты ничего не сделал с ребёнком? Макс?!
Я сильно волновалась стаскивая пальцами легкий хлопок покрывала и пережидая легкую боль. Неужто ему так сложно мне ответить хоть что-то? Неужели ему нравится, так сильно мучить меня? За что?!