Шатен печально покачал головой.
— Один ирландский парнишка сказал, что не может так долго ждать, что может с голоду умереть.
Найл рассмеялся. Гарри наклонил голову, чтобы скрыть улыбку, которая появлялась при любых действиях Луи.
— Все равно не так уж и холодно, — сказал Пейн.
Гарри потуже затянул шарф на шее. Он тонкий, один из шарфов Луи, но, по крайней мере, он не возражал, когда увидел его в нем сегодня утром. Лиам, вероятно, прав, но то, что на лондонских дорогах не дождь и не туман, не делает воздух теплее.
— Говоришь как настоящий человеческий обогреватель, — парировал Луи. — Твой пресс согревает тебя? Это настоящие отопительные грили? Так вот как это работает?
Стайлс скрыл смех за шарфом.
— Послушайте, — сказал Лиам, поднимая телефон. — Только что получил еще одно сообщение. Они будут здесь через пять минут.
Зейн простонал.
— Станет холоднее, — сказал Гарри, только что вспомнив.
— Да, температура, вероятно, упадет еще на пять градусов, прежде чем машина Лиама доберется до сюда, — сказал Малик. — Ненавижу Лондон.
— Нет, я имею в виду, в этом году, — сказал Гарри. — Было много снега. Я помню это.
— Вот как? Ну, тогда это будет твоим испытанием, Хазза, — заявил Луи, криво улыбаясь. — Если к следующей неделе в Лондоне не выпадет полметра снега, мы будем знать, что ты грязный лжец, путешествующий во времени.
— Триста шестьдесят пять на четыреста или четыреста на триста шестьдесят пять? — спросил Хоран.
Гарри посмотрел на Найла, чтобы увидеть приложение калькулятора, открытое на его телефоне.
На следующий день они оба развалились на диване в одном из кабинетов Fountain Studios, ожидая возвращения остальных, прежде чем отправиться на следующее интервью.
— Думаю, зависит от того, что ты рассчитываешь, — лениво сказал Гарри.
— Пытаюсь выяснить, сколько девушек тебе нужно трахать каждый день, — сказал Найл. А потом перебил сам себя. — Погоди, как часто ты устраиваешь оргии? А сколько девушек на каждой оргии? Просто в среднем. Мы должны принять это во внимание.
— Что? — Гарри почти засмеялся, а потом понял, что делал Хоран. — О боже, ты… ты делал это и в будущем.
— Правда? — спросил ирландец, оживляясь. — И какой был вывод?
— Что мне нужен рецепт на Виагру, — сухо сказал Гарри.
Найл рассмеялся.
— И большую коробку презервативов? — сказал он.
Гарри улыбнулся ему в ответ.
— Да, само собой.
Затем наступила долгая пауза. Но это дружеская тишина, а не напряженная тишина, которая преследовала Гарри на прошлой неделе. За последние пару дней Найл, кажется, забыл о своем негодовании по поводу того, что Гарри солгал им, и Гарри не собирался подвергать это сомнению.
Затем Найл снова заговорил.
— Это как дар волхвов, не так ли?
— Что? — спросил Стайлс.
— Есть пара, и они хотят сделать друг другу рождественские подарки, но они слишком бедны. Так что они… погоди, это сценарий нового клипа The Script, я могу показать…
— Я был на премьере, Ни. Я слышал эту историю, — уверил его Гарри.
— Так вот, — Найл снова успокоился. — Я подумал, что ты и твой парень, это вроде того, не так ли?
— Вроде чего?
— Ну, — сказал Хоран. — Одна половина — это твой парень, который проходит через все это, чтобы вы могли быть вместе. А вторая половина — это то, что ты оставляешь его, чтобы ему больше не пришлось через это проходить.
— Что? — спросил Гарри сдавленным голосом.
Найл закусил губу кривыми зубами.
— Я не знаю, как твое возвращение во времени вписывается в это.
— Та-да! — Гарри поднял шары, которыми он жонглировал. Конни хихикнула из-за оператора.
— У тебя талант, — сказала она. — Когда ты научился жонглировать?
— Решил, что стоит сделать карьеру дублера, — сказал Гарри.
— Ну, надеюсь, она тебе не понадобится, но я думаю, что ты готов. Спасибо, что заснял это прямо перед началом, Гарри, — Конни похлопала его по руке и пошла вместе со съемочной группой дальше. Она оглянулась и крикнула: — Удачи сегодня, мальчики.
Гарри немного озадачен, так как был уверен, что он единственный мальчик в этом коридоре. Но потом он обернулся и увидел стоящего там Луи, прислонившегося к стене.
Он ласково смотрел на Гарри. Его волосы уже уложены стилистами, так что они менее растрепаны и более искусно взъерошены, челка касалась скулы. Гарри честно не знал, являлся ли взгляд, который он бросал на Гарри, намеренно соблазнительным или это просто сам Луи.
Гарри никогда не умел отличить одно от другого.
— Привет, — сказал Стайлс, чувствуя себя странно застенчивым.
— Привет, — ответил Луи.
— Хочешь еще попрактиковаться? — спросил Гарри, потому что не знал, зачем он здесь.
Шатен покачал головой и рассмеялся.
— Думаю, если я еще раз спою, у меня не останется голоса для шоу.
Гарри с беспокойством схватил его за руку.
— Ты чувствуешь, что вот вот охрипнешь? Думаю, у нас еще есть время. Могу принести тебе чай из комнаты отдыха. У кого-то здесь должен быть ингалятор…
— Хазза, расслабься, — сказал Луи, смеясь, и накрыл ладонью руку Гарри. — Я пошутил. Я в порядке.
— Оу, — сказал Гарри.
— С тобой все в порядке? — спросил он, глядя на него.
— Конечно, — сказал Стайлс, хотя он все еще чувствовал себя немного разбитым после того, что сказал Найл тем утром. Он думал о Луи. — А ты?
Луи рассмеялся.
— Я только что сказал, что в порядке, да? Значит, мы будем ходить вокруг да около всю ночь?
— В конце концов, мы должны выйти на сцену, — сказал Гарри.
Томлинсон кивнул. В его глазах все еще горел огонек, но он молчал. Он протянул руку, чтобы аккуратно поправить челку на лбу. Это движение Гарри видел тысячу раз, и у него заболело сердце.
— Я… — Луи заколебался, глядя на то, что выглядело как выпуск The Sun в руке. Гарри не заметил, как он его держал. — Честно говоря, я даже не знаю, откуда это у меня. Просто… ты прочтешь?
Гарри, прищурившись, взял у него газету. Очевидно, о какой статье говорил Луи, — под заголовком «Экс-девушка «X-Фактора» рассказывает все».
Он поднес ее ближе.
…Луи Томлинсон из нового бойз-бэнда «Х-Фактора»…
…Его бывшая девушка Хизер Уокер, 18 лет, быстро заверяет всех, что их недавний разрыв был взаимным и нет никаких обид. «Мы просто отдалились друг от друга. Мы поняли, что хотим разных вещей. Но он лучший парень. Однажды он сделает какую-нибудь девушку очень счастливой»…
…Уже ходят слухи о том, что Луи Томлинсон связывает нечто с одной из фанаток. Фанатка Кирстен Доттен, 16 лет, говорит нам: «Он действительно флиртовал со всеми нами, но в милом смысле, не нахально. Была одна девушка, которая его особенно интересовала. Я видела, как они обменивались номерами. Конечно, все мы тогда хотели быть ею!»…
…Источник, пожелавший остаться неизвестным, из его родного города Донкастер предупреждает нас не верить слухам. — Он романтик. Цветы, шоколад, все это. Он не из тех, кто ищет то, что закончится через одну ночь.»…
Луи стоял рядом с ним с беспокойством в глазах.
— Это неправда, — сказал он, когда Гарри закончил читать статью.
— Я это знаю.
— Я не давал никому из этих девушек свой номер.
— Я знаю.
— И это даже не похоже на то, что сказала бы Хизер, — сказал Луи. Он минуту колебался, а затем добавил, не глядя Гарри в глаза: — я имею в виду, я сказал ей, что мы должны расстаться, потому что мне нравится мальчик.
Гарри знал это, но все же… он откашлялся.
— Возможно, они изменили ее слова. Или просто полностью выдумали.
— И, ну, не думаю, что когда-либо кому-то дарил шоколадки. Даже маме, — Луи прислонился к стене. — Слушай, я знаю, что они говорили что-то о тебе и Зейне. И о Лиаме в тот раз, но…
— Это первый раз, когда речь идет о тебе. Это другое, — сказал Гарри.
— Наверное, — сказал Томлинсон. Он посмотрел на свои руки, потом снова на Гарри. — Я знаю, что веду себя как последняя сволочь. Ты рассказал нам, что они пишут о тебе и о нем — обо мне? — он посмотрел на Гарри так, будто все еще не верил в это. — Даже сейчас, когда говорят, что вы с Шер переспали почти со всеми людьми противоположного пола в доме. И все испортили для Зейна, сказав, что он с другими девушками, когда все знают, что он с Женевой. Даже если это не совсем так.