Наш отряд вооружен лучше: трехлинейные винтовки, хороший запас патронов, два станковых пулемета — «Максим» и «Кольт», несколько ручных «Шошей».
Узнав о нашем приближении, противник стал готовиться к бою.
— До последней капли крови будем сражаться с комиссарами, — кричал штаб-ротмистр Канин, специально приехавший в Верхоянск «для поднятия духа».
Но стремительное наступление наших бойцов деморализовало мятежников. Забыв о своих угрозах, они в панике бежали. Картина незабываемая. Красные занимают город, в панике скачут на лошадях бандиты, болтаются на седлах шкуры песцов, награбленных в факториях.
Население с радостью встречало освободителей. Наскоро была организована погоня за бандитами. Все внимание обращено на группу Канина. Малейшее промедление могло сорвать операцию…
Ранняя осень. Только что выпал снег, трудности подстерегают на каждом шагу. Озера начали замерзать, но тонкий лед не выдерживал бойцов и им нередко приходилось купаться в ледяной воде. В стычках с противником, нападавшим на нас из засад, несли потери. Но все-таки настигли банду и прижали к озеру. Главарь ее — Канин просидел в холодной воде несколько часов. И только воспользовавшись тем, что красные бойцы плохо знали местность, ему удалось спастись. Утром он с остатками своего отряда по жердям перешел озеро и стал уходить в глубь округа. Продолжать преследование не было смысла и погоню решили прекратить. Наш отряд остался на зимовку в Верхоянске.
…Прошло время. Стало известно о движении генерала Пепеляева на Якутск. Бандиты активизировались, они со всех сторон обложили город. Главные опорные пункты их находились в Негедяе, в десяти верстах от Верхоянска, второй в Батале, в четырех верстах. Они решили взять нас измором, так как ни дров, ни продовольствия в городе не было. И пришлось на дрова разбирать дома, скот почти весь забили на мясо.
Восемь месяцев, день за днем, дрались наши бойцы с превосходящим в несколько раз противником. Сколько было боев и стычек за это время?! К концу осады начался голод. Ели убитых лошадей, но это не поколебало мужества красных бойцов, показывавших образцы дисциплинированности, высокого понимания своего долга перед народом.
Не раз совершали вылазки в глубокий тыл противника, с боями добывая табак, чай и продовольствие. Особенно активно участвовал в рискованных операциях уполномоченный ОГПУ Михаил Лаврентьевич Новгородов, которого знали и боялись враги. Это был смелый и мужественный чекист. Однажды под огнем противника он доставил в город трупы убитых в бою в м. Силян красноармейцев Мальчехова и Холмогорова. В другой раз Новгородов спрятал в мешок из-под табака две гранаты и положил эту хитрую штуку на видном месте. Разведка противника, обнаружив невесть откуда взявшийся мешок, стала рассматривать содержимое, но так как кольца у гранат были удалены, рычаги отскочили, гранаты взорвались и несколько беляков были убиты. Бандиты всполошились и, желая отомстить, додумались до хитроумной затеи. За одну ночь на всех тропинках вокруг города они расставили около сотни самострелов, с помощью которых охотники обычно промышляют лосей и оленей. Но Новгородов и тут помог нам: за несколько часов все самострелы были обезврежены, а стрелы собраны — могли пригодиться.
Вылазки в глубокий тыл противника стали для нас повседневным делом. И все-таки до бесконечности так продолжаться не могло. Надо было кого-то отправить в Якутск, чтобы сообщить о положении в районе.
Предстояло проделать путь в тысячу верст, пробираясь по местам, где на каждом шагу могла поджидать вражеская засада. Выполнить эту задачу опять-таки вызвался Новгородов. С большой неохотой отпускали мы его. В конце февраля он предпринял попытку прорваться в Якутск, но в Бустахском наслеге был схвачен и в м. Ат-Баса в тридцати километрах от Верхоянска в марте 1923 года расстрелян. Погиб замечательный человек…
По мере приближения весны положение под Верхоянском стало меняться. Неудачи Пепеляева, несмотря на все старания скрыть их, становились известными населению. У бандитов началось дезертирство, перебежки в город. И белый отряд постепенно «растаял». Но главари, главным образом офицерье, скрылись в сторону Абыя, Момы и Аллаихи. Наступившая распутица, а затем и летнее бездорожье не дали возможности нам преследовать их. За все время осады красный отряд потерял тринадцать лучших своих бойцов, которые захоронены в братской могиле.
Летом 1923 года восстановилась связь с Якутском. Но борьба за Советскую власть на Севере на этом для меня не кончилась. К маю 1925 года Верхоянск снова оказался в кольце бандитов.
6 мая из Якутска выступает особый отряд ОГПУ под командованием Павлова, я был заместителем у него. Не успели мы покрыть треть пути, как началась оттепель. Дальше продвигались по черной земле. Жалко людей, оленей. Но бойцы горят одним желанием: только вперед! Более четырехсот верст прошел отряд пешим порядком, без хорошей пищи. Причем почти всю дорогу пришлось идти по воде, смешанной с талым снегом. А обувь у бойцов вся разбитая. Словом, трудности, даже для местных людей, привыкших к ним, были огромными.
В одном месте путь преградила речка Тирях. Двигаться нельзя, но и тут нашли выход из положения. Два отделения, которыми командовали Бычков и Казаков, запрудили ее лесом и возвели мост. Груз и нарты перетащили, оленей доставили вплавь.
Преодолев весенний разлив горных рек, мы оказались в другом крайне трудном положении: в отряде не осталось ни куска хлеба, соли и других продуктов. Почти полмесяца отряд шел впроголодь, питаясь только куропатками. Помню, как по моему приказу лучшие стрелки отряда во главе с Казаковым каждый день получали патроны, и скалы Верхоянского хребта в долине речки Сартан оглашались выстрелами, к очередному привалу мы добывали сто — сто двадцать куропаток.
Но вот прошли тундру и не стало куропаток. Питаемся совами, пришлось убить несколько собак…
Позднее нас выручили охотники. Они вышли навстречу нам и привезли на нартах продукты.
Вступаем в Верхоянск, радость жителей осажденного города неописуема. У нас один вопрос: — Где же бандиты? Оказалось, что они окопались в пятидесяти километрах от города…
С ночи до полудня идет бой. Не выдержав натиска, противник бежал в сторону Оймякона…
1930 г.
И. Виноградов
В БОРЬБЕ С БАНДАМИ
Новая жизнь упорно пробивалась сквозь отсталость и бескультурье, сквозь буреломную тайгу, через засады бандитов…
Разбросаны улусы по тайге… Банды всех оттенков, вооруженные японскими пулеметами, американскими винчестерами, рыская по лесам, грабили фактории Якутторга.
Но не только грабеж сплачивал преступников: вместе с дармовым золотишком терлись по карманам свеженькие листовки. Они призывали свергнуть Советскую власть. На самозваных съездах представители «освободительного войска» распинались в любви к «Тунгусскому государству», а тунгусы угоняли оленей подальше от своих «представителей».
Летом 1927 года в Среднеколымске расклеивались прокламации против коммунистов… Вооруженная группа появилась на реке Амге… Шайка Рахматуллина, которого в уголовном мире за громадный рост и атлетическое телосложение прозвали Большойко, грабил крестьян на Лене…
11 ноября белобандитский отряд Кириллина занял центр Западно-Кангаласского улуса — село Покровское…
В конце декабря начальник Управления пограничной и внутренней охраны страны вызвал меня, старшего инспектора войск этой охраны.