Тогда по городу прокатилась эпидемия собачьей чумы. Вот его, беднягу, и скосило. Кстати, того кавказца, что губу откусил, тоже лихо не миновало…
Многие знакомые говорят, что я чёрствый и слабо-эмоциональный человек. Конечно же, они будут так говорить, когда все свои переживания я держу в себе. Изредка только, как сейчас, к примеру, выплёскиваю на бумагу. Не люблю я своими горестями с другими делиться. Сидят они, горести эти, во мне диким зверем и душу грызут, царапают и раздирают…
Совпадение или ирония судьбы? Месяцем спустя, мне пришлось поехать на очередную конференцию. На этот раз уже в Одессу. Всё это время я твердил семье завести нового пса. Уж слишком одиноко без животинки во дворе стало. Да и охранять кому нас, спрашивается? Я настаивал на немце. Со мной был согласен только отец. У меня тогда, кстати, ещё и на любовном фронте проблем непочатый край возник. В общем – полная ж… Так вот, отстрелялся я на конференции (естественно, грамоту почётную заработал, как же без неё, родимой), и перед отъездом домой мне мама звонит. Мол, сынок, тут тебя кое-кто дожидается…
Купили-таки!!!
Я приехал к часам двенадцати ночи. Месячный щенок немецкой овчарки. Весь чёрный и пушистый, бурчит и покусывается, мол, спать ему не даю. Ушки на головке крохотной лежат – ну красавец красавцем! А породистый – что только на вы с ним и разговаривай.
В общем, за воспитание взялся кто? Правильно! Я!
Не хочу вспоминать про вирусный энтерит нашего барбосика через недели три после приобретения. Мы еле тогда его вычухали. Он днями не ел и не пил ничего. Но, слава Богу, всё обошлось.
Так вот, взялся я его воспитывать, значит. Как выяснилось, в воспитании собак я – смыслю не больше, чем в квантовой физике. К тому же, книжки про собак, что попадались под руку – все как одна, написаны, мягко сказать, не очень уж убедительно и толково. Но, как говорится, с миру по нитке…
Когда щенку стукнуло шесть месяцев, я отвёл его на тренировку. И первым делом, что произошло – на нас напала стая ротвейлеров. Вернее не на нас, а на немца моего. Я – давай поводком отбиваться, а мне тренер и хозяева собак кричат, мол, не надо этого делать, нужно собаку свою отпустить, чтобы давать отпор научился или, на худой конец, убежал. Я бросил поводок, и мой шестимесячный щенок не мог больше ждать от меня помощи: нужно делать всё самому. Стоит отметить, ротвейлеры были тоже молодыми, но среди них и одногодки встречались, а то и постарше кто… По большому счёту, не все они хотели драться. Всё произошло по стадному рефлексу: самый задиристый решил проучить новенького, а остальные подхватили. Но, не тут-то было. Немец мой им такой бой дал, что мама не горюй! Да, победить против стаи четыреногих забияк одному – дело невыполнимое. Но, по крайней мере, ничьи добиться удалось. Про себя я уже молчу: сколько тогда с меня потов сошло и не припомнить.
Так я понял, что мой немец не простой шерстяной симпатичный зверёк-переросток. Это зверь. Опасный хищник, вооружённый мощной челюстью, клыками, сильными лапами и крупным телом (размерами он вымахал нешуточными). Но то, чтобы воспринять тогда это всерьёз – и речи не могло быть. Он ведь у меня такой любимый, такой родной и красивый!
Я не хочу углубляться в тренировки. Скажу лишь следующее: на "обороне", которая ещё называется "злоба", тренер прозвал моего пса монстром; с "послушанием" были проблемы: уж слишком у немца моего характер лидерский…
Но вода камень точит: долгая и упорная работа над послушанием начала давать плоды. Вначале нехотя, а потом и со всё большим рвением, он начинал выполнять мои команды.
Отходив больше полугода с небольшими интервалами, я решил прекратить тренировки. Поменялся тренер, заново проходить пройденное мне не хотелось, и, к тому же, пёс уже замечательно научился брать рукав и команды выполнял вполне пристойно.