– Надо найти владелицу заколки, – сказала Камышина. – Жаль, что вы и Петр Афанасьевич не можете указать, кому она принадлежала.
– Сдается мне, что вы в первую голову возьметесь за Милютиных, – высказал предположение Терентьев.
– Вы проницательны, дядя, – улыбнулся Скворцов. – Поднаторел, похоже, в вопросе расследования убийства.
– Тут станешь экспертом, когда каждый год в доме милиция ведет следствие.
– А что, мать сказала что-нибудь важное? – поинтересовалась Терентьева.
– Да нет, вроде бы все как обычно, с ее слов. Вечером он собирался пройтись, что бывало нередко. Как я поняла, покойный был довольно скрытным человеком.
– Я не настолько близко его знала, – подумав, ответила Терентьева.
– Болтуном он точно не был, – уверенно заявил Терентьев. – А кто видел его последним, установили, Володя?
– Мать сказала, что он ушел из дома около девяти вечера.
– А почему она не подняла тревогу? – удивился Терентьев. – Ее, что, не обеспокоило, что сын не вернулся ночевать?
– Она рано ложится спать, как многие в деревне, а он, с ее слов, нередко возвращался поздно, мог зайти в гости к Рулеткину или Чеснокову, так что она легла спать, не дожидаясь его. Это было не в первый раз.
– А утром, – принял эстафету Скворцов, – она подумала, что он мог уйти за грибами, хотя потом, обнаружив, что корзина на месте, она слегка обеспокоилась, но не так, чтобы очень.
– А что говорят Рулеткин и Чесноков? – = допивая чай, спросил Терентьев.
– С Рулеткиным я еще не разговаривала, – ответила следователь. – А Чесноков его вечером не видел. После обнаружения трупа, он пока еще не совсем пришел в себя. Потрясение все-таки серьезное.
Да, Захар – человек впечатлительный, – кивнула Ксения Денисовна. – Я так понимаю, что он ничем вам не помог?
– Только тем, что обнаружил труп, – кивнул Скворцов. – Назвал время – вскоре после половины двенадцатого. Ничего существенного он не сообщил, как только увидел тело, ему было уже ни до чего.
– Странно, что раньше никто не нашел труп, – задумчиво проговорил Терентьев. – Он что – первый сегодня шел по дороге?
– Все это нам и предстоит выяснить, дядя. А начнем мы, я думаю, с Милютиных. Верно, Полина Андреевна?
– Не уверена, – покачала головой следователь. – Прежде, чем к ним идти, надо точно понимать, о чем их конкретно спрашивать. Пожалуй, надо для начала показать нашим сплетницам заколку, вдруг опознают?!
– Дельная мысль, – сразу согласился Скворцов. – Пригласим их к нам?
– Да, Володя, сходите и объясните той, кого первую встретите – чего мы хотим, а дальше уж они сами оповестят друг друга.
– А мы может чем-нибудь помочь, Полина Андреевна? – вызвался Терентьев.
– Даже не знаю, Петр Афанасьевич, – задумалась Камышина. – Как по-вашему, Бецкий по складу характера мог заняться шантажом?
– Совершенно без понятия, – немного подумав, ответил Терентьев. – Я с ним близко не знаком. А ты как думаешь, Ксения?
– Деньги нынче всем нужны, – философски заметила Терентьева. – Я, пожалуй, отвечу так: я бы не стала утверждать, что он не пошел бы на шантаж. Вот за мужа я бы поручилась, а за него не стану.
– Ну спасибо за мнение, – поблагодарила следователь. – Если мне понадобится ваша помощь, мои гостеприимные хозяева, я к вам, конечно же, обращусь. Как видите, мы с Владимиром Андреевичем вам полностью доверяем.
– А как же иначе! – тут же подтвердил Скворцов.
– Об обнаружении заколки пока молчок? – спросила Терентьева.
– Я отвечу на это после визита местных кумушек, – ответила Камышина. – Все будет зависеть от того, опознают они или нет заколку. Ну, не теряйте же времени, Володя, идите выполнять поручение.
Скворцов вышел, вслед за ним – хозяева, и Камышина осталась обдумывать сложившуюся ситуацию и формулировать соображения в рабочем блокноте.
Новость о гибели Бецкого довольно быстро дошла и до обитателей дома Милютиных.
– Что с ним случилось? – спросил отчима Павел.
– По всей вероятности он упал с обрыва, – ответил Витковский, который к тому времени успел перекинуться парой слов с Симагиным и таким образом завладел некоторой информацией.
– Упал или его сбросили? – решила уточнить Нина Агафоновна.
– Об этом, я думаю, тебе лучше узнать у милиции, – прохладно посоветовал ей майор в отставке.
– А когда он умер? – спросила Марина.
– Спроси что-нибудь полегче? – предложила Милютина. – Какое это имеет значение?