-Давай сбежим? – выпалила Милана, горящими глазами смотря на друга; она осмотрела улицу и продолжила, поворачиваясь к парню,- только ты и я. Налегке, познаем жизнь. Разберешься, что к чему.
-А уроки? - с сомнением прервал её Дима. – Домашние? Что я маме скажу?
-Скажешь, что заночуешь у друга. А завтра вечером мы уже вернемся. Тут до другого города– три часа,– уверенно ответила Милана, наблюдая за парнем. Она чуть помолчала и продолжила,- Так всю жизнь и проведешь? С учебниками в обнимку?
Дима задумался. С одной стороны, её доводы были убедительными – до соседнего города ехать всего ничего, а с другой, он ни разу не отправлялся в поездку, не согласовав с мамой. Узнай та, что он сутки провел с девушкой, да еще и в другом городе – что ж, она мешкать не будет. Оторвет голову и будет следить за ним еще тщательнее. Но дух приключения, жажда новых эмоций и соблазнительное предложение смотаться в другой город одержали своё. Дима кивнул в знак согласия и, пока Милана покупала билеты, достал свой телефон. Сначала он хотел написать маме, но остановился – что, если по его сообщениям она поймет, что дело нечисто? Что ей сказать по поводу прогулянных занятий? Она строго относится ко всему, что связано с учебой. Отложив телефон в карман, Дима заглянул через плечо в телефон девушки. На разбитом экране он увидел электронный чек– подтверждение их безумия. Неужели они сбегут в другой город? Картинки, где они прогуливаются по площади и заходят в новые кафе, будоражили его сознание; Дима с восхищением проводил взглядом темный экран телефона, исчезающего в кармане пальто Миланы. Она повернулась к нему и спокойно сказала: «Билеты куплены! Можем ехать на вокзал; через пятьдесят минут начнется посадка».
Дима кивнул. Он предвкушал приключение, но вместе с тем испытывал страх. Набатом стучал в его голове вопрос: Если мама узнает?
Уже сидя на продавленных креслах в неприятно пахнущем автобусе, Дима перевел девушке деньги за билет. Она никак не прокомментировала и лишь продолжила разговор о кафе, где она часто зависала по выходным.
-Ты часто так ездишь? – спросил Дима, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей. Милана кивнула, провожая взглядом здание, мелькнувшее за окном.
-Да, часто. Обычно я катаюсь в другой город, он чуть дальше, но этот тоже неплох,- Она пожевала губу и, задумавшись, взглянула на друга. Ее голос прозвучал тихо. – Я рада, что в первое самостоятельное путешествие поеду с тобой.
-Хоть покажешь, что интересного в этом городе есть,- шутливо добавил Дима, переводя взгляд на вид из окна. Несмотря на боевой вид, он опасался предстоящей поездки. Авантюра с каждой минутой становилась не такой привлекательной. Когда они вышли из автобуса, до посадки оставалось меньше пятнадцати минут. Дима галантно помог спуститься Милане, на что та шутливо толкнула его в плечо, и они направились к длинному зданию, окрашенному в пыльный розовый цвет. Казалось, будто вся пыль годами скапливалась на стенах вокзала, и нежно-розовый цвет постепенно превратился в приглушенный.
С каждым шагом Дима сомневался всё больше – шаг, затем другой, третий… он вспоминал, какой строгой могла быть его мама, и как ему влетит за путешествие с девушкой, с которой познакомился в тот же день. Когда они подошли к перрону, Дима достал свой телефон– экран таинственно блеснул в лучах солнца– и проверил сообщения. Почти все были от мамы; в уведомлениях внушительно стояло число 4– столько было пропущенных вызовов. Он поежился, вспоминая прогулянные занятия и предстоящие контрольные. Он подумал, с каким трудом мама зарабатывает на часы в просторных светлых кабинетах, где он корпит над учебниками с самыми высокооплачиваемыми репетиторами, помогающими ему с экзаменами. Когда Дима вспоминал всё это, радость от предстоящей поездки угасала, словно спичка, и он ужаснулся: Куда он торопится? На какой поезд? Зачем? Спереди и сзади спешили люди; они быстро маневрировали в толпе, заходя в вагоны поезда. Им нужно было поехать – они спешили и знали, зачем это делают. Он не знал.