- Чувствую твой страх…. Прекрасные ощущения, как – будто приняла, как у вас это называется? Наркотики? Да, эйфория наступает – снова прошептала она мне на ухо и лезвие прошлось вдоль моего горла. Снова темнота, резкая боль, много крови. Я сползаю по стене и падаю без сознания.
ГЛАВА 1. День ничего не сможет испортить
Утро сегодняшнего дня.
Где –то на тумбочке уже минут десять пищал будильник, пытаясь поднять мою ленивую жопку. Вкусные запахи, доносящиеся с кухни, также не возымели успеха поднять мое бренное тело. Помог отчим. И его стакан «ой, я споткнулся» холодной воды. Да, успех есть. И не важно, что их с мамой комната была дальше по коридору. Он шел к успеху – он его достиг. Я не вскрикнула, не испугалась, я просто к этому привыкла. Отчим как споткнулся молча в комнате, также молча из нее ушел. Будильник выключен, шторы отодвинуты, и я готова принимать солнечные ванны. Сегодня замечательное утро, надеюсь погода не изменится и вечером можно сходить с Надей на ночь кино под открытым небом. Туда мы ходили постоянно, когда была хорошая погода и настроение. Брали с собой пледы, корзинку с бутербродами и термокружки с какао.
Это мероприятие проходило в городском парке, точнее на его окраине, ближе к лесу. Там была оборудована площадка с деревянными длинными лавочками, поставленные полукругом. Перед ними, над огромной сценой возвышался экран для воспроизведения фильмов с проектора. Там включали и мелодрамы, и военные фильмы, фантастику. Был стол заказов, где ты мог оставить свои предпочтения к фильму, было голосование и если за него было отдано максимальное число голосов, то уже в ближайшую пятницу, ровно в одиннадцать часов ночи его включали. Новый мэр города пару лет назад пытался снести эту площадку, ссылаясь на то, что содержать ее не прибыльно, аренду земельного участка платили не исправно, не вовремя, да и вообще это место сборища молодежи, где возможно распространяют наркотики, происходят сцены «18+» на задних рядах, что само по себе портит среду подрастающего поколения. И не важно, что несовершеннолетним запрещено находиться на улице после десяти по комендантскому часу. Но была собрана петиция, были дебаты, мэр решил не идти против разъяренной молодежи и пока закрыл тему с закрытием площадки. Главное слово «пока».
Для каждого это место было чем – то личным, с чем не хотелось прощаться и делиться. Ни о каких наркотиках и порнографии и речи быть не может. Я уверена, что во многих городах есть такие места, где собираются молодые люди, чтобы также, как и «районное быдло» мимолетно забыть о реальности и просто побыть наедине с собой. Наедине со своими мыслями.
У нас с Надей пока не было никаких тяжелых жизненных ситуаций, из – за которых хотелось бы забыться (не считая сессию), но такие душевные посиделки оставляли теплые воспоминания на сердце. И так хотелось их оставить как можно больше, как будто мы знали, что это скоро закончится, что скоро такого не будет. Мы как в воду глядели.
Набросив на себя длинную растянутую футболку и одев теплые носки, я поплелась в ванную комнату приводить себя более – менее в порядок. Взглянув в зеркало, я улыбнулась своему отражению. У меня было отличное настроение, которое ничто не сможет испортить. На меня в зеркале смотрело лицо, овальное лицо, при чем овальное во многом благодаря моим щекам. Серо-голубые глаза, курносый нос и родинка над губой. Длинные медные волосы, которые я любила завязывать в гулю (как люблю называть «хулю»), чтобы не мешались. Бледная кожа. Наверное, это досталось от далеких предков, потому что моя мама, бабушка и другие родственники были с нормальным, явно не с отдающим зеленоватостью, цветом кожи. Про зеленоватость – это уже слова бабушки. Долго разглядывать себя не любила. Проделав все рыльно – мыльные процедуры, пошла на зов вкусного запаха из кухни.
Мама. Любимая мама. Стоит в своем халате и жарит оладьи. Я не знаю, как описать эту женщину. Каждый будет описывать свою маму, как самую красивую, самую нежную, самую – самую. Она у всех будет самая – самая. Ты за ней как за горой. Ты всегда знаешь, что она тебя выслушает, даст совет, а иногда и пистонов вставит, но ты всегда будешь к ней приходить в трудные времена. Порой хочется свернуться калачиком, положить голову ей на коленки и просто быть рядом. Слушать ее спокойный голос. И не важно, что она рассказывает тебе очередную историю из «Давай поженимся!», не важно, что отчим также хочет свернуться калачиком и положить свою голову ей на коленки. В эти моменты уходят все обиды, все проблемы. Ты знаешь, что тебя сейчас никто не сможет тронуть, обидеть. Мне кажется, будучи замужем, ты так не будешь уверена в своем муже, как в маме.