Часть 5: Путешествие к истокам
Дима тщательно спланировал свою поездку. Он дождался выходных, когда родители уехали на дачу к друзьям, отказавшись ехать с ними под предлогом подготовки к контрольной. Как только за ними закрылась дверь, Дима бросился к компьютеру.
Он нашел адрес старого дома в документах, которые незаметно сфотографировал на телефон во время своих тайных поисков. Деревня находилась в трех часах езды от города. Дима забронировал билет на автобус и собрал небольшой рюкзак с самым необходимым.
Всю дорогу он не мог усидеть на месте. Каждый километр, отделявший его от дома прадеда, казался бесконечным. За окном автобуса мелькали поля и леса, постепенно сменяясь более дикими пейзажами.
Когда Дима наконец вышел на маленькой автобусной остановке в деревне, его охватило странное чувство. Словно он уже был здесь раньше. Он узнавал повороты дороги, старые деревья, покосившиеся заборы. Всё это он видел в своих снах.
Дом Степана Игнатьевича стоял на окраине деревни. Двухэтажный, некогда величественный, теперь он выглядел заброшенным и мрачным. Покосившееся крыльцо, заколоченные окна, заросший сорняками двор. Но даже в таком состоянии дом излучал какую-то зловещую притягательность.
Дима осторожно приблизился к крыльцу. Сердце колотилось где-то в горле. Он протянул руку к дверной ручке и вздрогнул – металл был неестественно холодным, несмотря на теплый летний день.
Дверь поддалась с пронзительным скрипом. Дима шагнул внутрь, и его окутала плотная, почти осязаемая тишина. Воздух был спертым, пахло пылью и чем-то еще – тем самым запахом табака, который преследовал его в снах.
Он медленно продвигался по дому, осматривая комнаты. Всюду царило запустение – покрытая пылью мебель, сорванные обои, паутина по углам. Но иногда попадались странные детали – книга, лежащая на столе так, словно ее только что читали; чистое пятно на пыльном подоконнике, будто кто-то недавно провел там рукой.
На втором этаже Дима нашел то, что искал – кабинет прадеда. Большой письменный стол у окна, шкафы с книгами, старинный глобус в углу. И повсюду – бумаги, исписанные мелким почерком, схемы, чертежи.
Дима начал просматривать документы. Большая часть была написана на языке, которого он не понимал, с использованием странных символов. Но некоторые заметки были на русском. Дима читал о "тонких местах", о "вратах", о "ритуалах перехода".
Внезапно его внимание привлек небольшой сейф, спрятанный за картиной. Дима попытался открыть его, но безуспешно. Он уже хотел оставить эту затею, когда вспомнил дату на обратной стороне старой фотографии. Он набрал эти цифры, и сейф открылся с тихим щелчком.
Внутри лежала старая кожаная папка и деревянная шкатулка. Дима открыл папку и начал читать. Это был дневник Степана Игнатьевича, подробное описание его экспериментов. С каждой страницей Дима всё больше погружался в кошмар, который создал его прадед.
Степан Игнатьевич действительно нашел способы впустить в этот мир нечто не принадлежащее ему. И то, что проникало оттуда, отнюдь не предвещало ничего хорошего. Это было пространство теней, населенное существами, жаждущими проникнуть в наш мир, голодными существами. И Степан Игнатьевич, по своей или чужой воле совершил ошибку, которая оказалась для него фатальной.
Цена была высока. Его дух застрял между мирами, не в силах ни вернуться, ни уйти окончательно. И теперь он искал способ завершить ритуал, используя своего потомка – Диму.
Дрожащими руками Дима открыл шкатулку. Внутри лежала старая курительная трубка – та самая, которую он видел в своих снах. Он понял, что это ключ. Ключ к освобождению духа прадеда и к его собственному спасению.
Часть 6: Темная правда
Дима стоял, сжимая в руках старую трубку, когда внезапно осознание ударило его, словно молния. Глаза Степана Игнатьевича во снах, которые он принимал за умоляющие, теперь казались холодными и расчетливыми.
"Помоги мне," - шептал призрак, но теперь Дима слышал в этих словах не мольбу, а приказ.
Ужас охватил Диму, когда он понял истинные намерения прадеда. Степану Игнатьевичу нужна была не помощь, а жертва. Жертва, чтобы выбраться из ловушки между мирами. И этой жертвой должен был стать Дима.
— Как ты можешь? — выкрикнул Дима в пустоту. — Мы же родня!
Внезапно Дима почувствовал, как невидимая сила тянет его к открытому люку погреба в коридоре, словно приказывает идти к нему. Он споткнулся, едва удержавшись на краю темной пропасти. Сердце бешено колотилось, когда он осознал: прадед пытается его убить.