Тим зашёл, бросил рюкзак, снял толстовку и надел белый халат.
С потолка капала вода.
— Отлично. Ещё и крыша.
Он налил себе кофе, сел за стойку, включил монитор. На экране — электронная очередь. Первым значился “Пёс, порода — беспородный, возраст — 3 года, жалобы: апатия, судороги, агрессия”.
— Доброе утро, — сказал он монитору. — Сегодняшний диагноз — всему городу хреново.
В дверь позвонили. Тим открыл. На пороге стояла женщина в лёгкой куртке, с испуганным лицом и собакой на поводке.
— Тим? Вы… вы ветеринар?
— Нет, сантехник. Я просто люблю халаты, — ответил он, но улыбнулся. — Заходите. Что с псом?
Пёс рычал, скалился, лапы дрожали. Глаза — налитые кровью.
— Он… он с утра начал биться в конвульсиях. Потом укусил меня. Он меня никогда не кусал.
Тим осмотрел её руку.
— Ранка не глубокая. Всё в порядке. Промыть, обеззаразить. Но собака… странная.
Он надел перчатки, взял пса за холку.
— Спокойно, малыш…
Пёс вырвался, чуть не укусил. Тим среагировал вовремя.
— Он в агонии. Или бешенство. Или что-то ещё. Я возьму анализ крови.
— А он… заразный?
— Если это бешенство — да. Но это… не совсем оно. Он двигается слишком резко. И пена странная.
Тим взглянул в глаза псу. Что-то в них было… не как у животного.
Боль — да. Но и страх. И какая-то дерготня, будто внутри пёс сам не понимает, что с ним.
Он взял кровь.
— Я сделаю срочный тест. Подождите здесь.
Женщина осталась в приёмной. Тим зашёл в лабораторную. Подключил анализатор.
Машина заработала. Экран мигнул.
“Обнаружена аномалия: нестабильный состав крови. Повышенная свертываемость. Гипертонический всплеск. Неопределённый вирусный профиль.”
— Что за чёрт…
Он сфотографировал экран, отправил фото другу из биолаборатории.
«Срочно. Что это может быть? Пёс ведёт себя неадекватно. Укусил хозяйку.»
Ответ пришёл почти сразу:
«У нас сегодня был похожий случай. Уже 5 собак с похожими симптомами. Двое усыплены. Двоих изолировали. Что-то серьёзное. Ветеринарная ассоциация молчит.» — Арт
Тим вышел обратно.
— Ваш пёс — в тяжёлом состоянии. Я должен его оставить на наблюдение. Вам нужно срочно в больницу — показать укус врачу. Это может быть опасно.
— Вы… думаете, это опасно для людей?
Он хотел соврать. Но не смог.
— Я не знаю. Но лучше перестраховаться.
Женщина ушла. Пёс остался в изоляторе, рыча в одиночестве.
Дверь захлопнулась за спиной Тима, когда он вышел на улицу. Солнце било в глаза, но от этого не становилось теплее.
Он прошёлся по тротуару, вглядываясь в лица прохожих.
Их было меньше, чем обычно. И они двигались… как-то не так.
Некоторые бежали. Кто-то шёл, опустив голову. Пара человек стояли у аптеки, спорили.
На углу — лужа крови. Не свежая, но и не старая. Без тела.
Тим остановился.
— Что за чёрт…
Вспышки тревоги, лёгкий тремор в пальцах. Он полез в карман, нащупал телефон.
Снова сообщение от Арта.
«Тим. Поступила информация — вирус. Передаётся, похоже, через укус. У людей — первые симптомы. Неофициально. Я уезжаю. Выезжай тоже. Серьёзно.»
Он перечитал. Потом ещё раз. Потом снова.
“У людей”.
Это уже не про псов.
Он обернулся к зданию клиники. Собаки, оставленные в вольерах, начали лаять. Резко. Агрессивно.
Так они не лаяли даже на фургоны с кормом.
Он бросился внутрь. Зашёл в вольеры.
Один из псов — Лорд, спокойный питбуль, которого Тим лечил от лапы — бился об стену клетки. Пенился. Скреб.
— Твою мать…
Он отступил. Сердце колотилось.
Зазвонил телефон. Он выронил его от неожиданности, потом поднял. Экран — “мама”.
Он сбросил.
Он не мог сейчас говорить. Не мог ничего объяснить.
Он снова вышел на улицу. Ему нужно было увидеть. Понять. Убедиться.
На углу улицы стояла женщина. Босиком. В одном халате. Лицо в ссадинах, руки дрожали. Она смотрела на аптеку, не мигая.
Тим подошёл ближе.
— Эй? Вам помочь?
Она не реагировала. Только дышала прерывисто, быстро.
Он приблизился. Протянул руку, коснулся её плеча.
— Эй, послушайте, вам плохо?
Женщина резко повернулась. В глазах — паника. Она бросилась на него. Не как человек, в панике. Как животное.
Руки — когти. Зубы — вперёд.
Он отскочил. Упал. Она оказалась сверху. Кричала, пыталась укусить.
— БЛЯДЬ! — он вывернулся, ударил её в плечо, потом ногой — в живот. Она отлетела, задыхаясь, и упала навзничь.