***
А в аду была дискотека! На сцене играли «Beatles», Kurt Cobain, «Joy Division», Elvis Presley, Ray Charles, «Queen» и многие другие. Рок-н-ролл сменялся джазом и наоборот. Танцевали голые тёлки, облитые кровью и бензином, гости поджигали их и наслаждались процессом. Вокруг сцены кипела смола в круглых котлах, в которых варились тела грешников. Плясали черти, простые, состоявшиеся и сверхсущности отплясывали в одной толпе, а над всем этим беснующимся залом возвышался сам Сатана, возле которого лежала его большая книга. На входе лаяла огромная собака, пускавшая на адскую вечеринку только по пригласительным.
Закованного в цепи Артёма тащили по кровавому полу. Его тело было избито, его полностью покрывали синяки и ссадины, ему было больно. Он не понимал, как оказался там, боль не позволяла ни о чём думать, в его голове была лишь боль, ужасная боль.
— Это контактирующий! — кричали из толпы. — Смотрите, он нас изгнал сюда!
Кто-то ударил его хлыстом, он ощутил жуткую боль, но не смог закричать. Его рот был скован, губы слиплись, он не мог даже стонать.
— Вот ты и наш, Артём! — громко смеясь, со своего трона кричал ему Сатана. — Весь наш! Киньте его в котёл!
Подтащив Артёма к котлу с кипящей смолой, черти подняли его.
— Ты проведешь тут вечность! — сказал один из них и засмеялся.
Артёма повернули лицом к котлу, из которого шёл горячий пар. Он почувствовал удар по спине и упал вниз головой. Его тело обдало жаром, было всё жарче и жарче, он почувствовал, как с него слезала кожа. Было страшно…
***
Потеряв счёт времени, Артёем вспомнил всю свою жизнь, все приятные и лучшие моменты, которые происходили в ней. К его удивлению, их было не так уж и мало. Вспоминалось исключительно хорошее и позитивное. Он увидел старых друзей, родителей, свою первую любовь. Это был словно красивый фильм со счастливым концом.
— Перерождение… — услышал он тихий знакомый женский голос.
Смола становилась всё светлее и светлее, появилась приятная прохлада. Он увидел свои руки, они были белого цвета и какие-то сморщенные. Из живота Артёма торчала странная трубка, тянувшаяся куда-то вдаль. Все происходило словно в замедленном действии. Он был будто растворен в этой влаге.
— Перерождение… — голос стал четким и громким.
Это был голос Марлы.
***
Артём ощущал быстрое сердцебиение, оно набирало скорость. Вода медленно и постепенно уходила, наступила темнота, резко сменившаяся ярким ослепляющим светом.
— Давай, ну ещё чуть-чуть! — кричал врач акушер-гинеколог. — Последний раз и… Умница! Умница!
Марле было больно, она часто дышала. Она увидела, как врачи подхватили её малыша, а он громко закричал. Марла засмеялась и успокоилась.
— Дайте его мне, пожалуйста! — попросила она врача.
Врач поднёс Марле ребенка, она взяла его и приложила к груди.
— Какой красивый малыш! — говорила она.
— У вас здоровый мальчик, поздравляю! — сказал доктор.
— Артём, милый мой Артёмка! — плача от радости, снова и снова нежно повторяла Марла, глядя в его счастливые глаза…
Глава 7. Даниил
Мои дни на Земле заканчивались. Я частенько посещал это злополучное место. Время было, но его было не так много. Времени всегда мало даже для меня. Имя моё — Астарот. Я один из архидемонов Ада. Считается, что демоны не любят людей, но отношусь к ним лояльно. Когда-то я даже помогал экзорцистам изгонять из людей бесов, но это было давно.
Место, которое я посещал, находилось на окраине небольшого городка. Это была церковь. Маленькая и не особо приметная церковь. Она была в подчинении у храма, который находился в самом городе. Церквушку на воскресные службы посещали лишь деревенские жители, заходили и по другим, не особо радостным событиям. Смерть сменялась рождением и крещением, а потом снова приходила смерть. С годами смерть бывала здесь всё чаще. В будние дни народу в церкви практически не было, приходили лишь постоянные посетители, в основном это были бабушки, которым было нечем заняться дома.
Больше всего меня интересовали иные события, которые происходили в этой церкви. Точнее сказать, меня очень интересовали люди, которые проводили обряд экзорцизма. Экзорцизм был единственной значимой функцией этой церквушки. Именно из-за него она и содержалась, в ней служили лучшие экзорцисты, которые обучались в духовной семинарии.
Практически каждый день сюда привозили людей, одержимых бесами или ещё какой нечистью. Церковь работала, как завод. С «конвейера изгнания» сходила куча довольных освободившихся тел, которые позже возвращались к своей обычной жизни. Радовались их семьи, церковное начальство, местные жители тоже знали о происходящем, но молчали. Эти изгнания проводились незаконно, разрешения у главного епископа часто не спрашивали, медицинского обследования никто не проводил. Диагноз ставили в самой церкви, и всегда он был правильным. У них был даже свой церковный врач. Подвал храма был углублен на два этажа. Там были комнаты для служителей церкви, а также для людей, ожидающих своей очереди на изгнание. Все комнаты были со звуконепроницаемыми стенами, а комната, где проводился сам обряд, находилась в самом низу.