Главного священника церкви звали отцом Иоанном. Священник, который решал все вопросы и присутствовал на всех изгнаниях, проверял новых экзорцистов. Иоанн был мастером своего дела, принципиальным, его вера была сильнее, чем у других. Он контролировал всёе и всех. Сам крестил и сам отпевал. Лишь временами, очень редко он покидал пределы своей церкви, когда его вызывали на какое-либо срочное собрание священников. Иоанн видел людей насквозь, он определял, одержим ли человек или он просто психически болен, буквально за несколько минут разговора с ним. У него, без сомнения, был дар. Его любили, уважали и преклонялись перед ним. Он мало ел и много молился. Он мог не спать ночами и все равно был бодр днём.
Этот священник не разочаровался в Боге, даже когда его жену ограбил, изнасиловал и убил какой-то местный бандит, только что освободившийся из тюрьмы. На суде Иоанн сказал лишь, что прощает его, а наказание он получит на Страшном Суде. Этот священник просто верил, он не был контактирующим, но он точно знал, что Бог есть. Это как плацебо, ты просто веришь и всё.
Это меня раздражало, но эффект от этой веры был налицо. Он быстро очищал кучи тел, возвращая их к жизни. Именно поэтому я и прибыл в это место. Я долго искал его. Я должен был что-то изменить. И я знал что.
Дело было не в главном священнике этой церквушки, а в его сыне по имени Даниил. Сын не особо разделял интересы своего отца, и Иоанн знал это. Как любой другой отец, он пытался подстроить сына под себя. Но, как правило, дети часто отличаются от своих родителей. Даниил уже заканчивал семинарию, он был умён и образован. Он всю свою молодость провел в атмосфере послушников и как раз находился в том возрасте, когда нужно было сделать выбор, выбрать свой жизненный путь. По всем канонам Даниил был премником своего отца, но он не был столь силен в своей вере в Бога. Это видели и окружающие. Даниил практически ни с кем не общался. Он видел в чёрном цвете и этих постепенно вымирающих местных жителей, и эту разваливающуюся церковь. Он хотел выбраться оттуда и с нетерпением ждал своего совершеннолетия, до которого оставалось совсем немного.
Иоанн очень переживал за своего сына. Он решил нанять церковного психолога для Даниила, в тело психолога я и вселился. Я легко умел завладевать телами людей. Я заехал в эту церковь почти три года назад. После разговора с Иоанном я задержался. Со мной Даниил общался с охотой, я был посторонним человеком для всех. Тем более что я соблюдал врачебную тайну. Иоанн думал, что все проблемы его сына начались из-за смерти его матери, но он ошибался. Этот грамотный и опытный священник не хотел признать, что его сын другой. Я пообещал помочь. Но кто сказал, что врачи всё могут?
Этим вечером я, как всегда, сидел в самом тёмном углу церкви. Даниил возвращался из семинарии. Отец ждал его у входа. В тени я был незаметен для них. Иоанна вызвали в Приход на три дня, и он собирался дать наставления Даниилу, который уже входил в церковь. Вне церкви он игнорировал церковную одежду. Увидев его в потрепанных джинсах, отец сразу же разозлился.
— Здравствуй, сын! — низким, но грубым голосом приветствовал сына Иоанн. — Ты снова в мирском?
— Здравствуй, отец, сейчас переоденусь, — иронично ответил ему Даниил.
— Постой, шутник, поговори с отцом! — остановил его священник. — Я уезжаю на три дня, заменишь меня в храме.
— Я не смогу заменить тебя, отец, — спокойно ответил Даниил. — Я плохо справляюсь с бесами, ты же знаешь!
— Ты будешь не один! — уже подходя к выходу, крикнул отец. — Главное, будь там!
Дверь захлопнулась, и Даниил застыл на месте. Он ненавидел обряды, он ненавидел своего отца, по его мнению, отец слишком рано скидывал на него такую ответственность. Во время отъезда отца другие экзорцисты и священники часто подшучивали над Даниилом. Он был расстроен.
— Привет, Даня, — выйдя из тени, произнес я.
— Чёрт! — от страха и внезапности прокричал он мне в ответ. — Доктор! Вы что, подслушиваете?