— Ты мне ничего об этом не рассказывала, — обратился к Есении отец. — О каком учебном заведении идёт речь? И почему тебя тестировали не в стенах этого заведения после окончания школы, а среди учебного года в ней?
— Позвольте мне самому всё объяснить? По заданию правительства мы запросили в школах информацию об одарённых и физически крепких выпускниках этого года. Ваша школа представила нам характеристику Есении.
— Почему правительство участвует в подборе студентов в ваше учебное заведение?
В этот момент послышался чей-то голос:
— Федосеевы, мы ждём вас в автобусе! Поторопитесь, иначе будете добираться домой своим ходом.
— Идёмте, — позвала Нина, — в автобусе договорим.
— Если позволите, я отвезу вас на своей машине, — предложил преподаватель. — Нам непременно надо обговорить вопрос о поступлении вашей дочери в наш ВУЗ.
Но Валерий торопливо взял за руки жену с дочерью и повёл к автобусу, бросив незнакомцу на ходу:
— Присылайте официальную бумагу, мы с женой её рассмотрим.
Сидя в автобусе, он ворчал и строил предположения, что этот преподаватель, скорее всего, аферист. Название ВУЗа не говорит, всё крутит вокруг да около.
— Я запрещаю тебе с ним общаться наедине, — предостерёг он дочь. — Документы подавай в МГУ, как ты и решила.
Есении ничего не оставалось делать, как только молчать. Она понимала, что будет учиться там, куда пытался пригласить её этот преподаватель, ведь книга мудрости сообщила ей об этом. Вот только говорить об этом с кем-либо ей запретила.
К вечеру Федосеев начал часто вздыхать и испытывать необъяснимую тревогу. Не понимая своего состояния, предположил, что что-то случилось с матерью.
Позвонил ей и спросил, всё ли у неё в порядке. Та, слово ждала этого звонка и тоже пожаловалась на тоску, тревогу и добавила:
— Одиночество меня гложет. Приехал бы да подольше побыл у меня, а не так, как в прошлый раз. Скучаю я по тебе, сынок.
— Я приеду к тебе часа через два, — расчувствовался Валерий.
По дороге к ней, впервые в жизни с чувством сыновнего долга остановил машину у супермаркета, купил целую тележку продуктов, выгрузил их в багажник машины и повёз к матери. Она встретила его у калитки, словно давно стояла там и ждала. На голове её был повязан платок, вид самой был печальным. Валерий подошёл к ней, обнял, чмокнул в щёку, затем вернулся к машине, открыл багажник и начал носить продукты в дом.
— Это всё мне? — удивилась Аделаида.
— А кому же ещё?
— Не надо было, сынок, так тратиться! Мне хватает моей пенсии.
— И это лишним не будет. Я же знаю, что такие продукты ты себе не покупаешь.
— Не покупаю, — подтвердила она, оглядывая всё, что привёз сын. — Сплошные деликатесы. Спасибо, тебе. Ты проходи в комнату, сейчас ужинать будем.
Валерий прошёл в гостиную и бухнулся на диван. На столе, стоящем перед ним, стоял ларец с книгой мудрости. Валерий тихонько усмехнулся:
— Матушка, как всегда, в своём репертуаре, всё подсовывает мне эту книгу почитать. Принципиально не буду! Меня больше не интересует бред о равенстве полов.
Он отодвинул ларец к дальнему краю стола, встал, подошёл к тумбе, взял с неё пульт и включил телевизор. Когда вернулся на место, то обнаружил, что ларец уже стоит на ближней к дивану стороне стола.
— Вот плутовка! — подумал он о матери. — Успела уже передвинуть ларец, пока я вставал за пультом!
Он снова демонстративно передвинул ларец на дальний край стола и уставился в телевизор. Вдруг боковым зрением заметил, как на столе что-то шевелится. Переведя взгляд, он увидел, что ларец медленно продвигается к противоположному краю стола. Валерий, застыл в изумлении. У самого края крышка ларца с такой силой откинулась назад, что ларец подпрыгнул на месте, а книга вылетела из него прямо в руки Валерию. Как только на обложке засветилось его имя, книга раскрылась сама. В этот момент ему показалось, что кто-то с силой наклоняет его голову к ней. Он с трудом повернулся назад, чтобы увидеть, кто это делает, но никого не заметил. Сопротивляться было бесполезно, его лицо уже почти лежало на книге. Поняв, что от него требуется, он начал читать:
— Сегодня в конце выпускного вечера с тобой и твоей женой пытался говорить представитель нового ученого заведения о зачислении в него твоей дочери Есении. Не сопротивляйся этому. Она должна учиться там.
Валерию совсем не понравилось прочитанное.
— Получается, что моя дочь — не хозяйка своей судьбе? — подумал он. — Не может учиться там, где ей хочется?