— Я ему тоже задала такой вопрос.
— А он что?
— Сказал, что будет гладить её нежное ароматное тело и наслаждаться.
В этот момент на веках облачного человечка выросли длинные ресницы. И он, словно веером, кокетливо захлопал ими.
— Вот наивный дурачок! — произнесла Анна, — эта молодуха нашла бы себе такого же молодого любовника, как сама, а братцем моим только пользовалась бы да ноги об него вытирала!
Анна с усмешкой взглянула на вырез собеседницы. Дымчатый человечек перевернулся на свой животик, положил лицо на ладошки и затрясся всем тельцем, изображая рыдание.
— Ты знаешь, мы как-то смотрели с ним кино, в котором один мужчина похитил маленького ребёнка у жены после развода с ней и уехал в другую страну. Так Валерка сказал, что если разведётся со мной когда-нибудь, то тоже украдёт своего ребёнка и не покажет его мне никогда. Вот нужен был мне такой муж?
— Вот охламон! — выпалила Анна. — Правильно сделала, что не пошла за него замуж!
— Кстати, как он поживает?
— Уже не поживает. Умер.
После этих слов дымчатый человечек приподнялся на четвереньки и юркнул между двух плотно прижатых друг к другу грудей.
— Валера умер? — удивилась Валентина. — От чего?
— Сердце остановилось.
— Соболезную. А я о покойнике такое рассказываю. Ну, пусть земля ему будет пухом.
Она поёжилась и что-то поправила на груди. Затем встала, попрощалась и попросила проводить её до калитки, чтобы собака не укусила. Лида вышла во двор и загнала пса в будку. В это время Валя быстро побежала на улицу, унося с собой в пышной груди дымчатого человечка.
Глава 17
Жгучая боль резанула Нину по сердцу. Женщина вновь вспомнила вкус измены супруга. Глаза её потухли, она с горестным выражением лица встала с дивана и пошла в свою комнату. Есения так и осталась сидеть на месте. Поняв, что творится с её матерью, она обдумывала, как её утешить. Минут через пять девочка встала и направилась к ней.
— Мам-сик, — весело пропела она, — давай воспользуемся свободой и сходим погулять.
— Да здесь и гулять-то негде. Разве что на озеро сходить, уток покормить? Да храм православный посмотреть. Я видела вдали купола.
— Вот туда и сходим, — предложила Есения. — Я пока пойду, переоденусь в платье, а ты захвати хлеба кусок.
Вскоре мать и дочь уже шагали по тропинке к озеру. Нина нашла знакомую чурку и уселась на неё, а Есения, прихватив кусок хлеба, направилась к тому месту, где плавали утки. Не успела она пройти по берегу между кустами и десяти метров, как кто-то зажал ей рот и утащил в кусты. Есения попыталась мычать, но услышала голос бабушки:
— Тс-с-с! Молчи. Это я.
Аделаида Семёновна убрала свою руку от лица внучки.
— Рассказывай, деточка, всю ли книгу прочла?
— Ещё не всю, — тяжело дыша, испуганно произнесла девочка.
— Успокойся, я не хотела тебя напугать. Просто мне не надо встречаться с твоей мамой.
— Почему? — удивилась Еська.
— Я нехорошо покинула вашу квартиру и теперь мне стыдно за это.
— Я понимаю. Но мама не обижается на тебя. А наоборот подумала, что с тобой что-то случилось, и бросилась тебя разыскивать.
— На это я и рассчитывала, оставляя квартиру открытой. Мне надо было, чтобы Нина привезла тебя сюда.
— Зачем?
— Как это зачем? Прочитать книгу!
— А почему ты её мне домой не привезла?
— Сразу вижу, что ты недалеко продвинулась в её чтении. Она должна храниться в родовом доме властелинов у восточной стены. Иначе она будет нечитаемой.
— Как это понять?
— Ты не смогла бы прочесть её текст вне стен этого дома. Как ко всему происходящему относится твоя мама?
— Противится всему. Утром угрожала, что увезёт меня отсюда.
— Надеюсь, сейчас уже не угрожает? — с хитреньким прищуром глаз спросила Аделаида.
— Почти не угрожает, — призналась Еська, внимательно посмотрев на бабушку. — Сдаётся мне, что это ты постаралась, чтобы тётя Валя посетила нас.
Бабка загадочно улыбнулась.
— И не только ты, — поправилась Есения. — Думаю, что просто так тётя Аня не стала бы задавать вопросы гостье об её отношениях с моим отцом в присутствии мамы. Это выглядело очень нетактично!
— Не обижайся, девочка моя! Я обязана была попросить Валю, посетить наш дом, а Анну — поговорить с ней о Валерии. Хотелось предоставить вам возможность отдохнуть от назойливого сгустка энергии твоего отца.
— Бабушка, ты причинила этим маме душевную боль.
— Так было задумано. Иначе она никогда не встала бы на твою сторону. А сейчас Нина сама захочет тебе помогать.