— Девочка моя, — расставив руки для объятий, нежно пропела Аделаида Семёновна, — что же ты не сообщила бабушке такую светлую новость?
— Чего я ещё не знаю о собственной дочери? — подумала Нина.
Есения сидела, скромно потупив глаза.
— Что случилось? — спросили в два голоса Анна и Лида, прибежав из кухни.
Наше телевидение объявило всей стране, что Есенюшка стала девушкой.
— А оно-то это как узнало? — удивлённо спросила Нина, вопросительно взглянув на дочь.
— Ты же видела, как показывали розовый столб света, исходящий из трубы! — начала свекровь.
— И что из этого следует?
— В книге сказано, когда девочка становится девушкой, она должна сжечь свою первую прокладку в печи ровно в полночь. Столб розового света из трубы поднимется к информационному полю Земли и даст ему знать о появлении новой претендентки на звание властелины.
Еська повернулась к сестре.
— Лида, я стащила у тебя в шифоньере несколько прокладок. Ты прости меня за это! Я же не имела право говорить кому-либо о том, что созрела, до появления столба света из трубы.
— Прощаю, — махнула рукой Лидия.
— Интересно, какого цвета столб света поднимается в небо, когда созревает юноша — властелин, — спросила Есения.
— Голубого, — уверенно ответила Аделаида. — Это я знаю точно. Сама видела, когда созрел мой сын, свет из трубы был голубым. Я тогда приехала последней электричкой из города. Издалека увидела это явление. Испугалась, бросилась бежать домой. А когда оказалась перед калиткой, всё прекратилось. Валера открыл мне дверь, словно ничего не случилось. И вот только сейчас я поняла, что это было за явление.
— Получается, что они тоже что-то сжигают в печи?
— Что-то сжигают, — безразличным тоном ответила свекровь, хотя прекрасно знала что.
— Теперь понятно, почему младенцев-мальчиков принято одевать в голубую одежду, а девочек — в розовую, — пошутила Лидия.
— Мне надоело постоянно торчать дома, — стала брюзжать Анна.
— Вот и я о том же. От одной гиподинамии можно заболеть, — подхватила Лидия.
— И мне хочется побродить по селу, у озера посидеть, — произнесла Есения.
— Что-то не додумала я, когда прокладывала защиту вокруг дома, — призналась Аделаида. — Надо было проложить её по периметру нашего земельного участка. Тогда бы мы могли по нему ходить свободно, не боясь, что Валерик вселится в кого-нибудь из нас.
— Ну, так давайте повторим фокус с приходом Валентины, — предложила Анна. — Он непременно захочет прыгнуть ей за пазуху, когда она будет уходить от нас. Надо только не упустить этот момент и точно быть уверенными, что он исчез вместе с ней. Проложим быстренько защиту по периметру участка, тогда сможем передвигаться в его пределах.
— Страшновато приглашать её к себе, — подключилась Нина и в подробностях рассказала о том, что творилось в селе и магазине, когда она ходила за покупками. — Селяне, благодаря мне, думают, что все обитатели этого дома находятся в городе, а тут вдруг нарисовались ниоткуда и все дружно роют что-то вдоль забора. К тому же Валя, посмотрев передачу, может не согласиться идти сюда, не желая столкнуться с мистикой.
Скрыла она только то, что общалась со знакомой Аделаиды, которая передала ей шкатулку.
— Нет, я всё-таки позвоню ей, — произнесла упрямо Анна, снимая трубку с аппарата, — и приглашу на завтра к нам в гости. Ты же, Нина, послезавтра уедешь домой, я правильно поняла?
— Увы, отпуск мой заканчивается, пора возвращаться.
— Вот то-то и оно! — продолжила Анна. — Возможно, нам длительный период суждено будет жить безвылазно в этом доме.
— Только сегодня, Аня, ты всё равноей не звони, — потребовала Аделаида. — Завтра пообщаешься, и на тот же день пригласишь.
— Но, почему?
— Потому что нас для всех нет в селе. Нина сказала в магазине, что одна живёт в этом доме, а мы все находимся в её городской квартире. Не хочу, чтобы нас заподозрили во лжи.
— Ну, хорошо, — согласилась Анна, вернув трубку на прежнее место, — завтра, так завтра.
Ожил мобильный телефон Нины Павловны.
— Кто это может быть? — удивилась она, вынимая его из сумочки.
— Анна Павловна, здравствуйте, — произнёс её начальник.
— Здравствуйте Евгений Иванович.