Воевода презрительно фыркнул.
— Олежа, как человека прошу. Красуешься сейчас ты, а выхаживать тебя потом мне. Забыл, что год назад было?
Напоминание оказалось малоприятным: Олег состроил недовольную мину, но футболку надел.
— Я рыбалить! — громко объявил он. — Ставьте воду, минут через двадцать будет рыбка на уху.
— Самоуверенности — хоть в палату мер и весов, — ехидно прокомментировала Настя вид удаляющейся спины «добытчика мамонтов».
— Напрасно ты так, — костёр у Серого разгорелся, как у профессионала, с одной спички. — Понятия не имею, каким образом он это делает, только рыба к нему сама на крючок прыгает, можно даже червяка не насаживать.
— Правда? — не до конца веря, спросила девушка. — Выходит, наш Олег — настоящий кладезь талантов?
— И не сомневайся, — серьёзно подтвердил друг талантливого Воеводы. — Олежа — личность уникальная во многих смыслах. Захаров, принеси из багажника коробку с продуктами.
— Сейчас, — по Валькиному скромному мнению, Серый сказал только половину правды. Оба друга — люди особенные, редкие, и если смотреть непредвзято, то «просто Захарову» чертовски повезло с ними познакомиться. «Хотя всего шесть месяцев назад мне бы и во сне такая мысль не приснилась». Да уж, порой жизнь совершает «шпильки» похлеще, чем болиды на трассах «Формулы 1».
— Эй, Земля вызывает Захарова!
— А? Да, иду, несу.
Замечтался, как всегда. Обыкновенный, ничем не выдающийся просто Валька.
Олег вернулся, когда вода вот-вот должна была закипеть. Сначала до его прохлаждавшихся в тенёчке спутников донеслось бравурное насвистывание «Турецкого марша», а потом показался сам Воевода: с удочкой и пакетом, из которого торчал крупный рыбий хвост.
— Скучаете? — громогласно вопросил знатный рыболов. — А я такую щучку отловил — просто загляденье!
Он подошёл к костру и гордо вытащил из пакета уже потрошёную добычу: — Вот она, моя красавица!
— Силён, — по достоинству оценил улов Серый. — Килограмма на три?
— Я бы четыре дал. Эх, весов нет! Да и фотика тоже: не поверят же, когда рассказывать буду.
— С ума сойти, — охотничьи навыки любимого поразили Настеньку в самое сердце. — Где ты её такую найти умудрился?
— Это, Настёна, чутьё, — Олег многозначительно постучал себя по носу. — Я тебе не рассказывал, какого сомика мы с Серым однажды поймали?
— Потом расскажешь, — прервал его друг. — Готовить пора.
— Готовить так готовить, — прекрасная часть компании сунулась к закрытому крышкой котелку, но была ловко перехвачена за талию.
— Уйди, женщина, твоё место в шезлонге! — словно игрушку переставил её в сторону Воевода. Игриво хлопнул по пятой точке, задавая направление в сторону складного стульчика: — Тут работа для суровых мужиков.
— Ты потроха-то нормально вычистил, суровый мужик? — вскользь поинтересовался Серый. — Или по принципу «прокатит для сельской местности»?
— Серёга, обижаешь. Как для любимой матушки!
— Значит, сойдёт. Давай-ка быстро организуй с десяток картошек, остальным я займусь.
— А я? — Валька категорически не хотел оставаться без работы.
— Принеси ещё воды. То, что сейчас болтается во фляге, можно вылить в рукомойник. Потом, если захочется, начинай без спешки накрывать на стол.
— Хорошо, — Валька споро опрокинул остатки содержимого шестилитровой пластмассовой фляги в бутылку-рукомойник и отправился по знакомой тропке к роднику.
***
Речные виды и впрямь были достойны кисти великого русского пейзажиста. Обрывистый правый и более пологий левый берега укрывались сочной зеленью лиственных рощ. Среди осин и ясеней ярко светились девушки-берёзки, плакучие ивы склоняли длинные косы к самой воде. Пышные кучевые облака вальяжно плыли сквозь лучистую синеву, а их отражения не менее величаво скользили по водной глади. Уже возвращаясь обратно, Валька остановился передохнуть после крутого подъёма и загляделся, растворился в чистой красоте обновлённой природы.
— Валёк, тебя только за смертью посылать. Мечтательный ты наш, — голос Олега раздался за спиной чересчур неожиданно и громко. Стоявший в опасной близости к краю мелового откоса Валька резко развернулся, оступился и почувствовал, как земля под ногами вдруг потеряла всякую надёжность. Панические махи руками помогли лишь в том, что теперь он вместо падения спиной вперёд съезжал по склону на животе, судорожно пытаясь ухватиться хотя бы за жалкий клочок прошлогодней травы.
Броску Олега позавидовал бы иной профессионал-регбист. И всё равно: это была сказочная удача, что он успел поймать падающего за запястье.