========== Глава десятая, которой завершается самый небывалый год Валькиной жизни ==========
Всё в жизни, что меня не убивает, делает меня сильнее.
Ф. Ницше
Свою вторую сессию Валька встречал в бодром расположении духа. Больше всего его обнадёживала возможность «автомата» по самому нелюбимому предмету: истории. Пять положительных оценок на семинарах требовалось подтвердить рефератом — и можно было готовить зачётку под красивое «отл». Валька честно потратил день на поиски материала в Центральной библиотеке, а потом три вечера компоновал найденное в связный текст. И всё равно пролетел бы, не загляни случайно Серый в почти готовую работу.
— А кто у вас по истории? — поинтересовался он, просмотрев пару неподшитых листов.
Валька назвал фамилию.
— Тогда можешь сразу нести свои труды в сортир: она их не примет.
— Почему? — хорошенький поворот! Столько сил потрачено, неужели впустую?
— Потому что ей важно не содержание, а оформление, — из кип макулатуры, сваленных за монитором, была извлечена тоненькая замызганная методичка. — Держи. На ближайшие годы это твоя настольная книга.
— «ГОСТ 7.32-2001»?
— Именно. Все без исключения работы должны оформляться согласно ему вплоть до мелочей, вроде отступов абзацев. Правда, преподы редко ширину полей линейкой замеряют, но ваша историчка не из таких.
— То есть мне надо всё переписывать? — уточнил несчастный первокурсник. Серый лишь руками в ответ развёл: се ля ви, мой друг.
Валька поверил в волшебную силу невзрачной методички, когда оказался единственным, у кого реферат приняли с первого раза. А поскольку дело было на зачётной неделе, то и в ведомость сразу внесли наградное «отлично».
— В зачётку поставлю на экзамене, — строго сказала преподаватель. Возможно, она ожидала, что студент начнёт клянчить «а-прямо-сейчас-можно?», но Валька и так чувствовал себя на седьмом небе от счастья.
— Хорошо, — легко согласился он. В конце концов, не велик труд — на пятнадцать минут в универ сбегать. В особенности, если тебе безвыездно сидеть в студгородке до конца сессии.
Мурлыкая под нос нечто, смутно напоминающее «Не стоит прогибаться под изменчивый мир», Валька без приключений добрался до родной секции, толкнул дверь с привинченным под цифрой «4» жёстким диском и попал в эпицентр нешуточного спора.
— Олежа, я тебе русским языком говорю: эту бандуру элементарно некуда приткнуть.
— А я тебе русским языком отвечаю: ты просто не хочешь проявить смекалку.
Олег и Серый стояли посреди комнаты, отражаясь друг в друге скрещенными на груди руками и неуступчиво вскинутыми подбородками, а на полу между ними яблоком раздора лежал древний «Горизонт».
— На фиг он нужен?
— Традиция, Серёга. Каждый уважающий себя выпускник РТФ обязан после сдачи диплома сбросить с балкона телевизор.
— У тебя ведь уже один припрятан.
— Так нас же двое!
— Олежа, я чертовски ценю твою заботу, но мне персональный телик не требуется.
Воевода набычился.
— Тогда… тогда вон ему пригодится, — он ткнул за спину большим пальцем, показывая на тихонько стоящего в коридорчике Вальку. — Когда он защитится на красный диплом, такая электроника станет настоящей редкостью.
Серый задумчиво посмотрел в ту же сторону: — Хороший аргумент. Захаров, будешь следовать традиции?
Валька сглотнул: — Э-э, не знаю. Вдруг у меня не получится красный диплом получить?
— В каком это смысле «не получится»? — Олег повернулся к младшему соседу. Сурово свёл на переносице пшеничные брови: — Только попробуй нас опозорить, понял?
— Понял, — упавшим голосом подтвердил Валька. — Буду следовать традиции.
— Олежа, не дави на человека морально. Он же теперь спать спокойно не сможет, — укоризненно сказал Серый. — Валентин, а ты не принимай близко к сердцу: будет у тебя диплом с отличием. Без порванных жил и выкипевших мозгов. Что касается телевизора, то предлагаю оставить один кинескоп. Сбрасывают-то их зачем? Чтобы бабахнула ЭЛТ.
— Ладно, — нехотя пошёл на компромисс Воевода. — У нас точно все шкафы заняты?
— Точно.
— Значит, на балкон.
— Если вынесешь оттуда часть хлама.
Олег возмущённо засопел: — Сколько раз повторять, это не хлам! Это!..
— Да-да, предметы первой необходимости. Именно поэтому они который год гниют под открытым небом. Короче, уборку делать будешь?