– Я бы рехнулся, – честно признался я.
– У многих от этого портится характер, – сообщила Йолин. – Я знала одну девушку из очень знатного рода… Так она специально закатывала истерики и изображала припадки, чтобы врач прописал ей пару дней полного покоя. Я однажды тоже так попробовала, но получилось неубедительно – меня за это ещё и наказали!
Я только фыркнул.
– А бывает ещё хуже, – продолжала Йолин. – Когда приходится постоянно притворяться, то маска, которую ты носишь постоянно, словно прирастает к твоему лицу, становится тобой – и её уже не содрать никакими силами. Я и таких знавала…
Я промолчал.
– Знаете, что ещё мне в вас нравится, Маргральт? – осведомилась Йолин, устраиваясь поудобнее.
Я вопросительно приподнял брови.
– Вы умеете слушать, – серьёзно произнесла Йолин. – Не перебиваете, как многие – «а вот у меня… а вот послушайте, что было со мной…» или как-нибудь в этом роде… Вы сами, как ваш замок, – молчаливый, но с характером. Мне нравится у вас. Тишина…
– Эта тишина вам надоест недельки через две, – пообещал я.
– Но вам же не надоела? – возразила Йолин. – Даже и за более длительный срок!
– Но я же не юная девушка, – парировал я.
– Вы невыносимы, Маргральт! – Йолин поискала взглядом, чем бы таким в меня кинуть, не нашла и явно огорчилась. – М-м-м… Я поброжу по замку?
– Конечно.
– Никаких потайных комнат или коридоров, куда мне нельзя совать свой любопытный нос? – поинтересовалась Йолин.
– К дракону не суйтесь, – посоветовал я, закидывая ноги на стол. – У него отменный аппетит…
…Лежа в темноте, я задумчиво смотрел в потолок. Сна не было ни в одном глазу, да и немудрено…
Рядом тихо посапывала принцесса, тесно прижавшись к моему плечу. Сегодня она так долго бродила по замку, что я уж собрался идти её разыскивать. Однако тут она появилась сама – и я снова лишился дара речи. Неугомонная Йолин, похоже, отыскала где-то в подвалах или, наоборот, на чердаках сундуки с вещами, принадлежавшими прежним владельцам замка, и теперь красовалась передо мной в старинном костюме, удивительно хорошо сохранившемся для своего возраста… Надо сказать, тяжелый шелк с бронзовым отливом шел Йолин необыкновенно, как и само платье, скроенное по моде полуторавековой давности: с завышенной талией, свободными рукавами и низким вырезом на груди… Никаких этих новомодных корсетов и пышных юбок, рюшей и оборок – простые четкие линии, свободно ниспадающие складки тяжелой материи, распущенные по плечам золотые локоны… Йолин была чудо как хороша! Не хватало разве что драгоценностей, да они и не были ей нужны. И, пожалуй, немного портили ансамбль сапоги для верховой езды – подходящей обуви принцесса отыскать не смогла. Впрочем, я был рад исправить это маленькое недоразумение…
И вот теперь, лежа без сна глубоко заполночь, я размышлял о странных штуках, которые иногда выкидывает судьба. Не иначе как провидение изрядно набралось перед тем, как выбросить нам жребий! Иначе как объяснить тот факт, что дитя любви и света, призванное пророчеством сокрушить проклятие рода человеческого, преспокойно дрыхнет в обнимку с этим самым проклятием и, похоже, не испытывает ни малейших угрызений совести?
Король Йонас продолжал бесноваться под моими стенами, но поделать ничего не мог: защита держалась, на крайний случай у меня был сторожевой дракон, а рыцари, посовещавшись, начали потихоньку разбегаться по своим замкам. Им вовсе не улыбалось длительное сидение средь чиста поля, а большинство из них, опытные вояки, прямо заявляли, что осада моего замка – пустая трата времени. Откуда я это знаю? Ну я же говорил, что вороны и волки – отличные разведчики и шпионы.
А ещё сегодня ближе в вечеру маги предприняли попытку объединить силы и попробовали устроить совместную атаку. Ничего путного из этого не вышло: достопочтенные магистры благополучно перессорились, выясняя, кому где стоять и какими молниями швыряться. Король Йонас на них наорал, но добился только одного – маги дружно на него обиделись. Правда, принц Кассинг, обладавший, как выяснилось, задатками дипломата, их помирил, но отношения короля с магами оставались крайне натянутыми.
Сам же принц Кассинг продолжал слоняться вокруг моего замка, то и дело заунывно призывая меня высунуть нос из своей норы и сразиться с ним в честном поединке. Подозреваю, бедняге и в голову не приходило, что я и в честном поединке вполне способен сделать из него рагу: мой возраст никак не сказывается на моем умении владеть оружием, а уж боевого опыта у меня – Кассингу и не снилось! Правда, я уже давно не брал в руки меча, но, тем не менее, подозревал, что Кассингу в любом случае со мной не тягаться.