Он зовет меня ближе к самому краю пропасти, к тому месту, где я смогу сорваться и полететь вниз. Мне все равно, я подхожу.
Меня зовут Марта, мне двадцать три года. Когда-то я училась в университете, а теперь стою на краю пропасти и смотрю на тысячи голых, измазанных кровью, лоснящихся как будто от масла тел. До меня долетали их крики, кто-то просил о помощи, кто-то просто кричал от боли. Их было очень много, они лезли друг на друга, пытаясь выбраться из ямы, но скользили из-за крови, срывались и падали вниз, задевая локтями, ногами и головами другие тела, ломая кости себе и другим. Этот хруст доносился даже до меня, а удушающий запах крови вызывал спазмы желудка.
― Они эгоисты. Думают только о себе... Если перестанут думать по одиночке, то найдут выход отсюда. Это несложно.
― И как они могли бы выбраться отсюда?
Повернувшись к Демону, я смотрю на него, но только чтобы не видеть эти тела внизу, измазанные кровью. Я пытаюсь дышать редко и неглубоко, чувствуя сильный запах соли и металла. Слюна во рту горчит. Я пытаюсь отрешиться от того, что происходит там, внизу, но до моих ушей доносятся крики и хруст костей после очередного падения. Их там сотни, тысячи... Дна не видно из-за тел. Стены измазаны кровью, на них можно увидеть отпечатки рук.
― Там есть выступ. Если они помогут друг другу, то доберутся до него.
Я смотрю туда, куда указывает Демон. По ту сторону обрыва действительно есть выступ, но тела его не видят. Внезапно кто-то хватает меня за ногу и начинает тянуть вниз. Не успев даже закричать, я понимаю, что падаю в кучу тел. Мои кости ломаются с хрустом, отдающим даже в мозгу. Чьи-то руки затягивают меня вниз, погребая под телами. Я чувствую, как кость ноги хрустит еще сильнее, вижу, как она прорывает мои мышцы и выходит наружу.
Открытый перелом.
Я кричу, что есть силы. Боль разрывает мое тело. Во рту вкус крови. В легкие ударяет мерзкая смесь запахов немытых тел и крови. То, что было раньше ― не страх, а жалкая пародия на него. Я успеваю увидеть белую маску, мелькнувшую где-то высоко, прежде чем меня поглощают тела, измазанные кровью, потом и отходами. Это называется страх.
Часть 4
Что ты будешь делать, если в аду внезапно пойдет снег? По идее там, внизу, температура должна быть как минимум на пару градусов выше нуля.
Может ли идти снег при температуре выше нуля? Нет.
Но, вопреки всем законам физики, он идет. Белые и красные хлопья снега слетают с черноты бесконечного потолка, увешанного сталактитами, как новогодняя елка игрушками. Одна разница: елка приносит радость, а сосульки из сталактитов - нет.
Я продолжаю боятся, что одна из них сорвется и пробьет мою голову насквозь. Войдет где-то в зоне макушки и выйдет через подбородок. Но, учитывая расстояние от потолка до земли, скорость и тяжесть сосульки, она успеет хорошо разогнаться во время падения, и давление в моем мозгу резко увеличится. Возможно, мой череп разнесет на сотни осколков, а мозги останутся на стене, но, вероятнее всего, они забрызгают пространство вокруг. Но это не меняет того, что с черного потолка огромной пещеры падает красно-белый снег.
Демон вытащил меня из ямы после того, как меня начали поглощать тела. После того, как я с ног до головы испачкалась кровью и моя нога сломалась в двух местах. Только после этого он меня вытащил.
Когда я снова оказалась наверху, мне было интересно, почему я не потеряла сознание, почему я еще дышала и чувствовала во рту вкус собственной и чужой крови? Сплюнув на пол пещеры кровавый сгусток слюны, я посмотрела на Демона.
Лепестки цветов на его рогах медленно начинали опадать. Красные волосы, видневшиеся из-под капюшона на его голове, развевались на ветру. А с черного потолка падал чертов снег!
― Куда дальше?
Язвительность в голосе скрыть не удалось, но демон даже не шелохнулся, как стоял, так и продолжил стоять, не повернув даже головы в мою сторону. Но мне было тогда не до этого, я пыталась найти хоть ржавый кран в стене, из которого могла течь вода.
Глупо. Никто с этим не спорит: искать умывальник в Аду.
― Пошли.
Его голос разнесся по пещере как раскат грома, разрезая крики страдающих душ где-то там, внизу, и заставляя их замолкнуть на доли секунды, чтобы потом снова зазвучать. Всего мгновенье тишины. Было слышно, как я дышу. Я чувствовала, как воздух, провонявший серой, проникает в мои легкие.
Он двинулся куда-то вперед, мне же оставалось только следовать за ним. В тот момент мне уже не было интересно, куда и зачем мы идем. От меня воняло чужой кровью, отходами, потом, грязью и, наверное, даже той же серой.
Для того, чтобы нормально идти и не орать из-за каждого шага из-за боли в ноге, мне пришлось искать палку, на которую можно было опереться. Но таковой не находилось, поэтому я шла, опираясь об стену. Перелом давал о себе знать каждую секунду, из-за каждого движения. Я слышала, как поломанные кости трутся друг об друга. Место, где был открытый перелом, начало опухать и неметь. Последнее радовало больше всего. На остальное мне было плевать, умереть дважды невозможно.