Джеймс и его лучший друг Сириус Блэк, очень дружили с моими старшими братьями Гидеоном и Фабианом, и, конечно, с Артуром, а я сблизилась с Лили. Эта девочка еще не успела освоить сложное искусство быть женой и хозяйкой дома и потому была рада моим советам. Она была такая красивая и милая. Друзья ее мужа смотрели на Лили с искренним восхищением. У меня даже иногда создавалось впечатление, что все трое немного влюблены в нее. А она с каждым из них была всегда ласковой и приветливой. Ее красота и доброе сердце согревали всех, кто ее знал. Смешно было подумать, что Лили могла бы стать причиной чьих-нибудь страданий, горя, слез, смерти.
Лили никогда не упоминала о своей школьной дружбе с Северусом Снейпом. Время от времени имя этого слизеринца проскальзывало в разговорах Джеймса или Сириуса с моими братьями, либо с другими членами Ордена. Пару раз я слышала его от старого аврора Муди на общих собраниях Ордена. Северус Снейп был одним из самых молодых сторонников Темного Лорда и тем не менее уже имел репутацию довольно сильного и одаренного мага. Джеймс и Сириус же звали его не иначе, как «сальной слизеринской мразью». Разумеется, ненависть к тем, кто поддерживал монстра являлась вполне объяснимой, но я догадывалась, что оба питают еще и чисто личную вражду к этому человеку. Ни разу не встречая его, я успела заочно составить себе о нем довольно нелицеприятное мнение.
Почти сразу же после рождения сына Лили и Джеймса, Дамблдор сообщил молодым родителям о том, что Тот-Кого-Нельзя-Называть охотится за ними. Никто не интересовался, как директор узнал об этом. Все знали, что у него было много разнообразных агентов и осведомителей, один из них, вероятно, и сообщил эти сведения. Личность осведомителя, разумеется, была всем совершенно безразлична, в том числе и самим Поттерам.
С тех пор Джеймс и Лили жили уединенно и посещали их только самые близкие друзья. Жить в подобной изоляции трудно для всех, а для таких молодых ребят, как Джеймс и Лили - тем более. Но они знали, что от этого зависит безопасность их ребенка и потому не жаловались. Лили несколько раз писала мне, выражая надежду, что все это скоро закончится. Сириус, Люпин и Петтигрю посещали их регулярно, хотя тогда уже из того же таинственного источника Дамблдора, стало известно о предателе в наших рядах. Я сама не очень-то вникала во все это, считая, что уж Дамблдор-то знает, что делает. Наша вера в него была непоколебима.
После гибели Джеймса и Лили я долго отходила от шока. Мне казалось невероятным, что те, с кем я говорила по душам, смеялась, обменивалась письмами - мертвы. Еще больше волновала меня судьба маленького Гарри. Нет, мы все доверяли Дамблдору, который решил устроить судьбу мальчика так, чтобы он был в безопасности, но все же было жаль, что ему придется провести десять лет вне магического мира. Потом, когда Дамблдор объяснил всю ситуацию с защитой крови Лили, мы поняли, почему директор так поступил.
Исчезновение Темного Лорда и возвращение к мирной жизни стало для всех огромной радостью. Дамблдор не переставал уверять всех, что Темный Лорд еще вернется, но это было весьма неопределенно… Вновь я услышала имя Северуса Снейпа, когда тот занял место преподавателя зельеварения в Хогвартсе, заменив ушедшего «на покой» профессора Слагхорна. Никто не возразил против выбора Дамблдора, хотя многим внушали недоверие молодость кандидата и сомнительное прошлое. Ведь хоть он и работал на Дамблдора, но какое-то время все равно оставался на стороне Темного Лорда.
Долгое время мое «знакомство» с профессором Снейпом ограничивалось написанными мелким, похожим на женский, почерком короткими замечаниями на домашних работах моих сыновей, да несколькими записками, сообщающими об их дурном поведении. От старших своих детей я знала, что из всех преподавателей со Снейпом труднее всего поладить, в особенности студентам гриффиндора, к которым слизеринский декан испытывал особую неприязнь. Поэтому возникший с первого дня конфликт между ним и Гарри не стал сюрпризом. В дальнейшем Рон не один раз говорил мне, что профессор Снейп явно невзлюбил Гарри куда больше, чем всех остальных студентов. Но я полагала, что он преувеливает, пока не услышала от Сириуса и Римуса о школьной вражде Снейпа с Джеймсом Поттером. Мне тогда показалась несколько странным, что детская неприязнь с годами не только не забылась, но и перешла на сына уже умершего врага. Когда же Темный Лорд вернулся и Орден был созван снова и нашей семье пришлось перебраться в старый дом родителей Сириуса, я целый год наблюдала за новым витком этой вражды своими глазами.