***
- Я думала бал тебя взбодрит, а ты как в воду опущенная, - заметила Селена, - тебя что-то тревожит?
Оникс слабо улыбнулась. Она плохо спала ночью, да и утро не принесло покоя. Слова Танкеда не выходили у неё из головы. Он говорил все эти гадости про Бэрила с прямотой уверенного в своей правоте человека. А что, если даже толика из сказанного им правда? Она ничего не сказала Бэрилу об их перепалке. Возможно он и заметил какое-то изменение в её поведении, но не подал вида. У него, как обычно, были свои заботы, о которых он, в свою очередь, не спешил поведать ей. Но девчоки были внимательнее её мужа.
- Не знаю, стоит ли говорить об этом.
Мария взяла её за руку:
- Расскажи нам.
Оникс с сомнением взглянула на них:
- Я встретила на балу Танкреда. Он наговорил мне кучу неприятных вещей про Бэрила. Сначала я не придала этому значения, но они до сих пор звучат в голове. Он сказал будто Бэрил укрывает убийц. Ерунда какая-то!
Оникс ждала, что они высмеют Танкреда, но к своему ужасу увидела обратное. Селена застыла, а Мария побледнела.
- Мерзавец! - воскликнула Селена.
- Вы что-то знаете? - она переводила взгляд с одной на другую.
- Это неправда, ты должна понять, - сказала Мария с мученическим выражением на лице.
- Мы до сих пор не знаем, кто убил наставницу. Но, так как мы жили в её доме и были единственными, кто имел хоть какую-то выгоду от её смерти, обвинили меня и Селену. И нас казнили бы, если бы Бэрил не помог нам бежать и скрыться. Он приехал навестить отца и узнал о беде, приключившейся с нами. Он почти нас не знал, а мы вовсе были незнакомы с ним. Но он отчего-то был уверен, что мы невиновны.
Мария замолчала. Оникс выжидательно смотрела на них.
- На следующий день нас собирались сжечь, - продолжала Селена, - мы ожидали смерти в темнице. Не спалось. И тут стена дрогнула как желе, и сквозь неё прошёл мужчина. Он сказал, что верит в нашу невиновность, что знает настоящих убийц. Это был Бэрил.
- Наутро нас уже не было в этом проклятом городе, - вставила Мария. Её щёки пылали, глаза горели огнём возмущения, - Бэрил помог нам попасть сюда и поселил у себя. Прекрасный человек! Как у Танкреда только язык повернулся обвинять его!
- Но Бэрил - его настоящее имя?
Селена пожала плечами:
- Мы знаем только, что твой муж родом из северной столицы, Хогра. Для нас он Бэрил. Думаю, это имя не настоящее.
- Зачем ему менять имя, если он ни в чём не виноват? - спросила Оникс.
- Лучше спроси у него, - посоветовала Мария, - чем больше будешь думать об этом, тем скорее запутаешься. Может он расскажет тебе всё сам?
Оникс решила сменить тему:
- А какова была ваша наставница?
- Весёлая, непредсказуемая, настоящий огонь, - усмехнулась Селена.
- Марина всегда была занята какими-то туманными делами. Проснёшься в полночь, отчего-то станет жутко, заглянешь к ней в комнату, а её нет. Она была очень хорошая, но скрытная. Мы мало о ней знали. Она заботилась о нас, учила всему. Кто мог поднять на неё руку?
- Ты знаешь кто, - Селена помрачнела, - наш родной город место, где такие вот "случайности" не редкость. Хотя никто в этом не признаётся. Проще казнить двух девчонок и забыть обо всём.
- Не вспоминай о них здесь, - испуганно расширила глаза Мария, - я суеверная.
Девчонки торопливо стали обсуждать новинки косметики. Оникс переводила взгляд с одной на другую. Они думают, что во всём виновата Лига теней. Эта секта, почитающая только Лицемера и Призрака, на севере имеет больше всего сторонников и сила – единственное, что они уважают. Обычные люди для них ничто. Слабых магов они тоже используют в своих целях. Но как связан со всем этим Бэрил? В глазах Марии и Селены он благородный спаситель, в глазах Танкреда убийца и преступник.
Совет, данный Марией и Селеной, был мудрым. Другое дело, что решиться задать Бэрилу вопрос «Не являешься ли ты, муженёк, монстром, сменившим имя?» Оникс не могла. Однажды она всё-таки решилась на это. Они с Бэрилом были наедине. Он учил её заклинанию невидимости. Это было непросто. Заклинание действовало частями. Нужно было представить, что тебя не существует. Начиная с рук, Оникс воображала, что они исчезают, растворяясь в воздухе, что их нет. За два часа занятий ей не удалось сделать невидимым ни одного пальца. Она не могла сосредоточиться. Вместо этого тело ломило и тяжелело, как перед простудой.