Евтар, город большой и суматошный, привлекал Мелису. Она каждый раз, когда король Роберт собирался туда по делам, преследовала его по пятам, вымаливая разрешение поехать с ним. Король, любящий Мелису едва ли не больше других дочерей, обычно соглашался. Приезжая оттуда, Мелиса несколько дней не умолкала, делясь переполнявшими её впечатлениями. Если бы её заставили замолчать, она наверняка лопнула бы.
Остальные сёстры относились спокойно ко второй столице. Кантелия, Альберика и Фелиста говорили, что столица там, где король, а Скуориш – законодатель моды, так что ещё нужно? Оникс боялась людных мест, помня о своём проклятии всегда и везде, Горгия же бредила Бохом, городом трёх университетов. А другим сёстрам вовсе не нужны были никакие города.
На трёх центральных улицах города, образовавшихся естественным образом и разделённых притоками реки Гиш, даже ночью было светло благодаря масляным фонарям, мостовые были вымощены мелкой коричнево-жёлтой галькой, вдоль мостовой склонялись пышные, достающие до земли ветви дерева виса, а на аккуратно постриженных кустах словно маленькие светящиеся капли сидели ваелоры, маленькие жучки, которых разводили садовники и использовали как украшение улиц. Три центральные улицы – защитников, вестников и ювелиров, сходились на центральной площади, на которой был расположен главный из храмов города, храм семи богов.
Но не все улицы Скуориш были одинаково красивы и чисты. Улица покинутых была местом мрачным и выглядела заброшенной, базарная улица не отличалась чистотой, трактирная улица, хоть и была широкой и нарядной, соседствовала с десятком переулков поменьше, на которых ютились ремесленники, бедняки и простые обыватели, люди незнатные, у которых не было ни времени, ни денег, на то, чтобы сделать свой дом местом, приятным глазу.
Здесь легко было затеряться, вдоль домов крались тени то ли людей, то ли мифических чудищ. Одна из них, тонкая и вытянутая, внезапно вынырнула из-за угла, заскользила вдоль домов, и, наткнувшись на препятствие, метнулась обратно. Но было уже поздно.
Гигант в одежде защитного цвета, в красных сапогах сгрёб мальчишку-оборванца не глядя, как овощи на рынке, не обращая внимания на сопротивление. Паренёк визжал, извивался в его ручищах, пытаясь укусить великана за палец. Вместо этого он вцепился зубами в перчатку, но тут же выплюнул её. Бой был проигран, это было ясно всем кроме паренька. Он молча боролся. Старые грехи мешали ему позвать на помощь.
Великан лениво стукнул его кулаком по голове, парень затих.
- Готово, - пророкотал он, - кто следующий?
- Может, хватит на сегодня? Куда мы их денем?
- Не твоя забота, - рыкнул тот, - следующий?
- Здесь их нет. Может, на площади…
Он не договорил и осел на землю. Великан склонился над ним, чтобы выяснить, в чём дело. Это спасло его. Второй горшок пролетел в сантиметре от его головы.
- Что за…
В это время на крыше за трубой притаилась Оникс. Стараясь быть незамеченной, она выбирала время для ещё одного удара. У неё в запасе было ещё четыре горшка, которыми украшал крышу своего дома гончар.
Громила запрокинул голову вверх, всматриваясь. Оникс вжалась в трубу, моля богов, чтобы он её не заметил. Фосфоресцирующий зелёный свет на миг залил улицу. Оникс заморгала, пытаясь вернуть зрение. Она осторожно выглянула. Мужчины на прежнем месте не было. Тот, второй, всё ещё был без сознания.
«Неужели упустила?» - разочарованно подумала она.
Всё оказалось гораздо хуже. Услышав топот множества ног, принцесса стала медленно переползать на соседнюю крышу. Пора спасать себя, тут уже не до геройства.
- Что с ним? – спросил один из новоприбывших, высокий мужчина в плаще.
- Вырубили. Вот этим, - великан пнул горшок. Мальчишка безвольно болтался у него в руках.
Мужчина повёл себя странно. Оникс сверху удивлённо наблюдала, как он сделал несколько плавных движений, похожих на танцевальные па. Принцесса ускорила попытки, но черепица на соседней крыше уходила вверх, да ещё скользила.