- Извините, - отрывисто сказала Селена, - мне нужно побыть одной.
- Поешь хотя бы, - крикнула вдогонку ей Мария, но ответа не последовало.
- Тёмное дело, - Син неодобрительно покачал головой, - он знал что-то, этот мальчик, поэтому и пропал. Его похитили.
- Но что мог знать ребёнок? – недоумевала Оникс.
- Пойдём обедать, - вздохнула Мария, - на пустой желудок всё равно ничего в голову не лезет.
***
- Найдётся здесь пристанище для голодного путника? - Грин говорил вроде бы и весело, но было видно, что он бодрится, - Мария! Что ты с собой сделала?!?
- А что? – Мария осмотрела себя со всех сторон, - вроде бы я в порядке.
- В порядке? Где твои чудесные волосы?
- Вечно лохматые волосы, ты хотел сказать?
Бэрил устало опустился на стул, взял бокал с вином. Похоже у него тоже не было аппетита.
- Всё очень плохо, - ответил он на немой вопрос Оникс, - мы его нашли. Это Иллитор, как мы и думали.
Мария, препирающаяся с Грином, замолчала и выронила вилку. Син побледнел.
- Что... что с ним произошло?
- Он сжимал в руках ту самую струнницу, что была похищена из зала реликвий. Руки в крови, пальцы изрезаны о струны. На лице невообразимый ужас. Струнница осталась целой и невредимой, похоже Иллитор починил её. Никто, кроме Лицемера, не мог играть на ней, она обладает особой магией. Он расплатился за свою попытку жизнью.
- Так ты думаешь, что Иллитор приехал к нам, чтобы сыграть на зачарованной струннице? – спросила Оникс.
Бэрил покачал головой.
- Не будем об этом. Потом. Дайвате поедим спокойно.
- Да… - раздражённо протянула Мария, - мне прям теперь до еды. Столько новостей и одна лучше другой!
***
- Третья печать заклятия, связывающая Призрака, снята, - сообщил Бэрил, когда втроём они поднялись в его кабинет, - ну конечно старинным инструментом оказалась струнница, которая была украдена из зала реликвий. Похоже, что остальные реликвии были взяты только для отвода глаз. Никто не верил, что сломанную струнницу Лицемера возможно починить, но злодею удалось это. Сам ли музыкант участвовал в этом, знал ли на что идёт, взяв в руки проклятую струнницу и сыграв на ней, неизвестно. Скорее всего он, как и прочие погибшие в зале реликвий, был под воздействием зеркальных чар.
- Мы всё ещё не знаем, кто стоит за этим, - Грин сидел, обхватив голову руками, - тот, кто накладывает заклинания, очень умён, он держится на расстоянии от своих жертв, так что нам не удалось обнаружить его присутствие рядом с ними.
Бэрил взял со стола бумажного журавлика и начал чертить на руке символы.
- Пора совершить Призыв.
***
В порту в этот час почти никого не было, Оникс и Бэрил беспрепятственно прошли к самому причалу. Корабли стояли в другой, более удобной части порта, там в любой час было людно. Но не здесь. Они ходили по мостику и высматривали в воде рыб и змей. Оникс засмотрелась на горизонт.
- Что это за острова там? Разве они были здесь раньше? Там кто-то живёт?
- Живёт, это, пожалуй, неподходящее слово в этом случае. Люди считают, что смотреть на них долго нельзя, это приводит к несчастью. Оттуда к нам приходит горький северный ветер и плохие вести. Это острова мира Грани.
Оникс привстала, всмотрелась вдаль, но ничего примечательного не увидела.
- Разве это может быть правдой? – усмехнулась она, - они ведь недалеко, если переход в мир Грани рядом, то кто-то обязательно вернулся бы оттуда или, наоборот, туда…
- Ты ведь говоришь сейчас о мире Грани. Это кем нужно быть, чтобы сунуться туда по своей воле? Моряки никогда не приближаются к ним, а видение их считают предвестником беды. Мой отец вырос на корабле, он сам был моряком когда-то. Правда, в отличие от остальных, он считал всё это предрассудками.
- А что думаешь ты?
- О мире Грани мы стараемся не говорить и даже не думать. Только мёртвые знают, как там на самом деле. Некоторые любопытные маги, владеющие силой Призрака, призывали духов, чтобы узнать, как можно больше о мире за морем. И тщательно записывали рассказы мертвецов. Потом неизвестный автор собрал обрывки текстов в книгу, которую назвали "Далёкое море".