— Рад, что тебе нравится, — он кладет руку на мой подголовник, задевая распущенные волосы и немного плечи, оглядывается назад и довольно резко разворачивается.
— Ух, — вжимаюсь в сиденье, и дыхание перехватывает, — только не говори, что ты еще и гонщик.
— Долго разрабатывал игры по гонкам на скоростных машинах и увлекся.
— Я продаю канцтовары, — оборачиваюсь на Давида, — как думаешь, есть у меня какие-то перспективы в плане хобби?
— Ну, — он заразительно смеется и несется по дорогам с шумом мотора, который распугивает остальные машины и заставляет их расступаться перед ним, — не буду скрывать. Твоя работа до ужаса скучна, так что у тебя есть всего один шанс на приличное и неунылое хобби.
— Какой? — складываю руки на груди и скептически вскидываю бровь.
— Связаться с плохим парнем, — его глаза таинственно искрятся, а взгляд ползет по моей шее прямо в декольте.
— На дорогу смотри, — заливаюсь краской и тереблю подвеску на груди, чтобы немного ее прикрыть. Погорячилась я с платьем, это однозначно, — плохой парень.
— Ангел, — напоминает он мне.
— Сейчас не очень похож, — выдавливаю я застенчивую улыбку. — И куда мы едем?
— В одно очень интересное место, — Давид сосредотачивается на дороге, все время постукивая пальцами по рулю. А я вскользь им любуюсь. Белые кучерявые волосы и светлая кожа вкупе с голубыми прозрачными глазами шикарно контрастируют с черной одеждой, а дорогущие часы и машина делают его образ притягательно-успешным.
Повезет же кому-то. Жаль, не мне. У меня к Давиду очень теплые, но дружеские чувства и в большее точно не перерастут. Меня привлекает совсем другой тип мужчин — такие, как Ройс или Захар. Взрослее, опытнее, неспешнее, с совершенно иными привычками и взглядами на жизнь. А Давид взрывной мальчишка, в нем это чувствуется.
— Приехали. — Мы останавливаемся у шикарного двухэтажного ресторана со стеклянной стеной. Внутри все искрится и переливается концептуальным точечным светом, отражается от зеркальных панелей и белых глянцевых стен и поверхностей. Люди в большом количестве рассажены за круглыми и квадратными столами, рассыпанными во внутреннем пространстве.
— Вау, — выдаю я, — шикарное место, — протягиваю Давиду ладонь и зажимаю клатч под мышкой. Сама обнимаю его за руку, чтобы пройти внутрь.
— Тебе очень подходит, — Давид склоняется ниже, и его ладонь скользит по моей талии. Дыхание застывает, я пытаюсь дышать и медленно расслабляюсь, когда он не пытается сильно меня к себе прижать. — Ты же не боишься меня?
— Нет, — отвечаю растерянно и поспешно.
— И правильно, — он придерживает дверь и пропускает меня внутрь, — я никогда не сделаю тебе ничего плохого. Верь мне.
Прозвучало немного странно, но я киваю и поворачиваюсь к администратору, которая начинает искать наш заказ в списке. Место для нас зарезервировано на втором этаже, и девушка обещает, что такой вид из окон мы больше нигде не найдем. Поднимаясь по лестнице, чувствую, как кожу на правой руке и щеки покалывает. Смотрю вниз и нахожу того, кто так настойчиво меня рассматривает.
Глава 19
Вот как так — из всех ресторанов Захар выбрал именно этот? Или Давид выбрал?
Быстро киваю, наткнувшись на оценивающий взгляд карих глаз, и отвожу глаза. Мне перед Захаром оправдываться вообще не нужно. Он мой начальник. Занятой. С невестой. Так что я могу появиться в ресторане в компании любого парня.
Но Захар смотрел так, словно я делаю что-то предосудительное. Злит!
— Увидела знакомого? — Давид тоже рассматривает людей внизу.
— Начальника, — нервно улыбаюсь и тут же добавляю, — не того, другого. Того, что приставал… его кто-то избил, и он теперь в больнице.
— И по заслугам, — парень не выказывает ни грамма сочувствия.
— Думаю точно так же, — сдаюсь я и позволяю увлечь себя к нашему месту у окна. Вид из него действительно шикарный. А еще столик так удачно расположен, что столик Лелеса и его друзей тоже просматривается.
Тот еще вечер намечается. Я кладу сумочку на колени и пытаюсь сосредоточиться на Давиде. Он быстро просматривает меню и задает мне уточняющие вопросы. Пытается дать мне возможность выбрать, но я полностью полагаюсь на него.
— Помню, тебе нельзя глютен, — Давид с серьезным видом достает официанта, а я кусаю губы. Вот так же в прошлый раз делал Захар. Они оба заботливые, Давид свободен. Только почему, как назло, меня к нему не тянет совсем?