— Нет, — очерчиваю его мощные плечи. От Захара так фонит тестостероном и эмоциями, что я невольно раздвигаю ноги шире. Что поделать, люблю его такого заведенного.
— Значит, нет, — горячие губы скользят по моей щеке. Зубы прихватывают ушко, вызывая легкий стон.
— Он ведь не испортит нам вечер? Я готовилась, — прикрываю глаза. Немного отклоняюсь и подставляю шею для поцелуев.
— Забыли, — дорожка влажных поцелуев спускается по шее к груди, — весь день хотел и ждал, моя Аделька.
— Ох, мистер Ройс, — обнимаю Захара за шею, перебирая между пальцами короткие темные пряди, — я постараюсь оправдать все ваши ожидания.
— Это хорошо, — муж выныривает из моей ложбинки на груди и похотливо облизывает губы.
Отпускает меня нехотя, потом наблюдает, как букет и коробка исчезают в мусорном ведре и за ними захлопывается дверца шкафчика под умывальником. Мою руки и молча накрываю на стол. Надеюсь, инцидент исчерпан.
Захар хвалит рыбу, пьет вместе со мной вино, расспрашивает про Аню и про то, как мы провели с ней первую половину дня. Услышав о том, что у них с Димой намечается еще один ребенок, призадумывается.
— Дети — это хорошо, — наконец выдает задумчиво.
— Но не когда это близнецы, — я нервно дергаюсь, — не понимаю, как Аня выживает, да еще продолжает так хорошо выглядеть. Мистика.
— Близнецы это перебор, согласен. А вот по одному, — он вздыхает, — ну там, дочка, через года три еще кто-нибудь.
— Ты на что-то намекаешь? — откладываю в сторону вилку и впериваю в Захара внимательный взгляд.
— Без намеков малыш, просто так… мысли вслух.
— Мысли, — облокачиваюсь о стол локтями и делаю большой глоток вина. Воспоминания уносят меня далеко, — «я в тебя кончил», а через девять месяцев получите – распишитесь… Тасечка.
— Всю жизнь вспоминать будешь, — смеется и закатывает глаза.
— С одного раза ничего не будет.
— Я обещал взять ответственность на себя и женился, заметь.
— Да ты таким способом меня окрутил, — не сдаюсь я.
— Угу, — даже не скрывается, наглец, — зато какая у нас дочка получилась, Вера. Тася это же идеальная малышка. Лучшая в мире. Ее даже мои родители обожают, особенно мама, — хмурится Захар на секунду. — Я вот думаю, а если бы у них тогда дочка родилась, может, они бы ее как-то по-другому воспитывали?
— Не надо об этом думать, Захар, — закатываю я глаза, — они просто не были готовы. Оба. Молодые, амбициозные. Они жалеют. Просто немного поздно уже.
— Не будем о них сегодня, — муж поднимается. — Иди. Я уберу со стола.
— Хорошо, — покладисто соглашаюсь, — буду ждать.
Забегаю в ванну на пару минут, чтобы привести себя в порядок, гашу верхний свет в спальне и ставлю перед кроватью стул. Ладони от волнения намокают, так что приходится вытереть их о платье на бедрах.
Слышу шаги Захара, медленные и вальяжные. Он приближается к спальне и нажимает на ручку. Появляется в комнате и сразу же направляется к стулу. Присаживается. Ждет. Нога за ногу. Глаза устремлены на постель, подсвеченную тусклым светом прикроватных ламп.
— Устал? — прикрываю дверь спальни и босыми ногами дохожу до стула по мягкому ковру. Кладу ладони Захару на плечи и немного сжимаю. Эта наша игра в Адель и Ройса вернулась не сразу. Может быть, месяцев через восемь после рождения Таси, а может и больше. Нам обоим чего-то не хватало. И как-то я устроила для Захара шоу, как во времена вебкама, на свой страх и риск. Долго переживала — а вдруг он не поймет, но муж получил огромное удовольствие и даже не скрывал этого. Мы оба решили: почему нет, если заводит обоих, и продолжили.
— Очень, — Захар ловит мою ладонь и целует, — хочу расслабиться. Надеюсь, ты поможешь.
— Я к твоим услугам, всегда готова. Ты же знаешь, Ройс… любой каприз, — хрипло шепчу ему на ушко.
— Ммм, забирайся на кровать. Хочу увидеть, что на тебе надето, — тут же принимается он командовать.
— Не так скоро, — цапаю мужа за мочку уха и вынимаю из кармана заранее приготовленные наручники. Ловко защелкиваю их на запястьях своего мужчины и похлопываю по плечу. Ключик прячу в карман его же брюк, — это чтобы как в прошлый раз не вышло.
— Малышка, я просто не сдержался, — хрипло смеется Захар и пытается дергать скованными за спиной руками, — и кто бы смог? Ты была такой горячей. Дразнила и насмехалась. Разве порядочные девочки так делают?